Бумеранг «процентной настойчивости»: кто выгадал?

Война, охватившая Иран, стремительно меняет стратегическую карту Южного Кавказа. Для Азербайджана разворачивающийся к югу от него конфликт — это не просто очередной эпизод нестабильности на Ближнем Востоке. Это структурный геополитический шок, который может изменить обстановку в сфере безопасности страны, ее внешнеполитическую ориентацию и региональную роль на долгие годы вперед.

Гибель верховного лидера Ирана аятоллы Али Хаменеи в результате американских и израильских ударов по Тегерану повергла страну в самый глубокий политический кризис со времен Исламской революции 1979 года, спровоцировав напряженную борьбу между жесткими силовыми структурами и более прагматичными политическими деятелями за будущее Исламской Республики.

В течение нескольких недель правительства стран Персидского залива балансировали на грани дипломатических отношений. Публично и в частном порядке они призывали к сдержанности в Вашингтоне. Посланники курсировали между столицами. Сообщения передавались в Тегеран втайне. Цель была проста: предотвратить прямой американский удар по Исламской Республике и избавить регион от новой войны.

28 февраля рано утром Соединенные Штаты Америки и Израиль нанесли ракетные удары по территории Ирана.