Курганы, которые исчезают: как древний некрополь Нардарана превратился в безымянный пустырь

Официально курганное поле бронзового века находится под государственной охраной. Однако на местности древние насыпи разрушаются, застраиваются и постепенно стираются с поверхности земли.

На северо-восточной окраине посёлка, там, где жилые дома уступают место огороженным участкам и полосам сухой земли, сохранились невысокие округлые холмы. С дороги они почти незаметны. Их легко принять за естественные неровности или остатки старых земляных работ.

Но при взгляде сверху ландшафт меняется.

На спутниковых снимках проступают круги различного диаметра. Некоторые ещё сохраняют очертания насыпей, другие видны лишь по изменению цвета почвы и растительности. В центре ряда объектов находятся характерные углубления — следы проникновения внутрь.

Это остатки древнего курганного поля, разграбленного, частично разрушенного и окружённого современной застройкой. Оно относится к бронзовому веку и официально признано памятником истории и культуры национального значения.

Спутниковый снимок курганного поля н в Нардаране

В государственном перечне недвижимых памятников, утверждённом постановлением Кабинета министров Азербайджана №132 от 2 августа 2001 года, объект зарегистрирован под номером 534: «Курганное поле — бронзовый век — к востоку от посёлка Нардаран».

Государство признало его археологическую и историческую ценность не менее четверти века назад. Но сегодня главный вопрос заключается уже не в том, существует ли этот памятник. Он состоит в том, почему охраняемый государством некрополь оказался разграбленным и почему его исчезновение продолжается.

Ландшафт, в котором история лежит слоями

Северный Апшерон редко выглядит как место, где можно ожидать крупных археологических открытий. Каменистая почва, песок, нефтяные вышки, дачные массивы и быстро растущие посёлки формируют образ территории, подчинённой современным нуждам.

Но между Бузовной, Загульбой, Бильгя и Нардараном находится один из наиболее насыщенных исторических ландшафтов Апшеронского полуострова. Здесь соседствуют древние захоронения, культовые скалы, петроглифы, средневековые кладбища, пиры, оборонительные сооружения и следы хозяйственной деятельности разных эпох.

Нардаранское курганное поле является частью этой многослойной истории. Оно свидетельствует о том, что задолго до появления современного посёлка территория уже имела особое значение. Здесь не только жили и пасли скот. Здесь хоронили умерших, совершали обряды и создавали погребальные сооружения, рассчитанные на то, чтобы оставаться в ландшафте на протяжении поколений.

Азербайджанские археологи отмечают, что на Апшероне представлены памятники почти всех исторических периодов, начиная с третьего тысячелетия до нашей эры. Поселения, курганы, наскальные изображения, крепости и религиозные комплексы свидетельствуют о непрерывном освоении полуострова.

Однако о самом нардаранском некрополе известно удивительно мало.

Государственный реестр относит его к бронзовому веку, но опубликованных результатов систематических раскопок или подробной инвентаризации недостаточно, чтобы установить точный возраст захоронений, их культурную принадлежность и первоначальное количество курганов.

Эта неопределённость делает памятник одновременно ценным и уязвимым: под насыпями могут находиться важные свидетельства древней истории Апшерона, но с каждым годом возможность получить эти сведения сокращается.

Следы разграбления, видимые из космоса

Самая заметная особенность нардаранских курганов — воронкообразные углубления в центральной части некоторых насыпей.

Такие повреждения характерны для разграбленных захоронений. Люди, искавшие оружие, украшения или другие ценные предметы, обычно пытались попасть в погребальную камеру кратчайшим путём — сверху, через вершину кургана.

После вскрытия насыпи разрушение продолжалось уже без участия человека. В углубления попадала вода, ветер выдувал грунт, края осыпались, а небольшая яма постепенно превращалась в широкую воронку. Холм утрачивал первоначальные очертания и становился всё менее заметным.

На современных спутниковых изображениях некоторые насыпи ещё различимы по своему рельефу. Другие читаются лишь как едва заметные кольца. Это может означать, что верхняя часть курганов была срезана или разровнена.

По воспоминаниям старожилов, около 40 лет назад на этой территории возвышались несколько крупных холмов. Тогда вокруг было значительно меньше домов, оград и хозяйственных сооружений, а сами насыпи отчётливо выделялись на открытой местности.

Сегодня их высота уменьшилась. Одни курганы могли пострадать от грабителей, другие — при прокладке дорог и коммуникаций, строительстве домов или выравнивании земельных участков. Остальное довершает естественная эрозия.

Памятник исчезает не в результате одного громкого акта разрушения. Он теряет форму постепенно — вследствие множества отдельных вмешательств, каждое из которых может показаться незначительным.

Именно поэтому исчезновение может долго оставаться незамеченным.

Кто был погребён под насыпями

Местные жители иногда называют нардаранские захоронения скифскими курганами. Другие связывают подобные памятники на Апшероне с гуннами. Обе версии отражают народную память, но не подтверждены археологическими исследованиями.

Курганная традиция намного древнее и скифов, и гуннов. Она не принадлежала одному народу или одной культуре.

Самые ранние курганы на территории Азербайджана относятся ещё к энеолиту. Особенно широко такие захоронения распространились в бронзовом и раннем железном веках. Насыпи сооружали из земли и камня, а погребальные камеры могли представлять собой простые ямы, каменные ящики или сложные склепы.

Скифские объединения появились на Кавказе значительно позже начала бронзового века. Гунны относятся уже к первым столетиям нашей эры. Поэтому ни одно из этих названий нельзя уверенно применять к нардаранскому некрополю, официально датированному бронзовым веком.

Предположительная реконструкция курганного поля Нардарана по спутниковому снимку

Пока археологи не получили достаточного материала, наиболее осторожный вывод состоит в том, что курганы были возведены древним населением Апшерона или связанными с ним общинами Восточного Кавказа.

Более точный ответ могут дать только исследования самих захоронений.

Что ещё может храниться внутри

Разграбленный курган не обязательно является пустым и не теряет научной ценности.

Грабители обычно искали предметы, которые можно было быстро извлечь и использовать или продать: металлическое оружие, украшения, сосуды и знаки статуса. Но археологическую информацию несут не только ценности.

Внутри повреждённых захоронений могут сохраняться фрагменты керамики, человеческие и животные кости, уголь, остатки деревянных конструкций и небольшие предметы, оставшиеся незамеченными. Даже состав грунта и расположение камней способны рассказать о погребальном обряде.

Керамика помогает определить культурные связи и примерный возраст памятника. Кости могут дать сведения о поле, возрасте, состоянии здоровья и питании погребённых. Уголь и органические остатки позволяют провести радиоуглеродный анализ.

Но для археолога имеет значение не только сам предмет, но и его положение. Когда погребальная камера разрушается, предметы перемещаются, а слои грунта смешиваются, часть информации утрачивается безвозвратно.

Поэтому центральные воронки на нардаранских курганах — это не только следы старого разграбления. Они являются открытыми ранами памятника, через которые продолжается его разрушение.

Охрана на бумаге

Положение курганного поля создаёт парадокс.

Это не вновь обнаруженный объект, чей статус ещё предстоит установить. Государство уже признало его памятником национального значения, указало местонахождение и предварительную датировку. Тем не менее на территории трудно увидеть признаки того, что здесь действует особый режим охраны.

Государственная регистрация должна означать, что границы памятника точно определены, а земляные, строительные и хозяйственные работы проводятся с учётом требований законодательства о культурном наследии.

Однако само наличие номера в реестре не защищает археологический слой от экскаватора.

Для реальной охраны необходимо знать координаты сохранившихся курганов, границы всего некрополя и его защитной зоны. Эти сведения должны учитываться в земельном кадастре и градостроительной документации. На местности должны быть установлены информационные знаки, а состояние объекта необходимо регулярно проверять.

Иначе памятник существует для чиновников и специалистов, имеющих доступ к государственным спискам, но остаётся невидимым для владельцев участков, строителей и местных жителей.

Неизвестно, проводилась ли за последние годы полная инвентаризация объекта №534. Неясно, утверждена ли его охранная зона, существует ли современный паспорт памятника и отражены ли его границы в кадастровых документах.

Нет также общедоступной информации о том, когда специалисты в последний раз обследовали курганное поле, фиксировались ли случаи разграбления и повреждения, согласовывалось ли строительство поблизости и какое ведомство непосредственно отвечает за нынешнее состояние территории.

Ответы на эти вопросы могли бы объяснить, почему памятник национального значения оказался практически беззащитным.

Город приближается

Нардаран уже давно не является изолированным прибрежным селением. Жилая и дачная застройка расширяется, свободные территории дробятся на участки, появляются новые стены, дороги, коммуникации и хозяйственные постройки.

Для археологического памятника такая среда особенно опасна. Большинство курганов не похожи на монументальные сооружения. Это невысокие холмы, которые человек, не знающий их происхождения, может принять за ненужную неровность.

Несколько часов работы тяжёлой техники способны уничтожить то, что сохранялось тысячи лет.

Если границы курганного поля не обозначены, владельцы соседних участков могут не знать о существовании памятника. Если археологические зоны не нанесены на кадастровые планы, земельные решения могут приниматься без учёта того, что находится под поверхностью.

Но незнание владельцев не снимает ответственности с государственных структур. Напротив, официальный статус памятника означает обязанность сделать правила охраны ясными, видимыми и исполнимыми.

Строка в перечне должна иметь физическое продолжение на земле.

Что можно сделать сейчас

Первым шагом могла бы стать повторная инвентаризация всего объекта №534.

Современные технологии позволяют начать исследование без масштабных раскопок. Съёмка с беспилотника помогла бы создать подробную трёхмерную модель рельефа. Сопоставление архивных и современных спутниковых изображений показало бы, какие насыпи исчезли или изменились за последние десятилетия.

Георадар и магнитометр могли бы выявить подземные камеры, каменные конструкции и границы захоронений без вскрытия курганов. После этого специалисты смогли бы зафиксировать координаты каждого объекта, установить границы некрополя и определить наиболее уязвимые участки.

Особого внимания требуют уже разграбленные насыпи. Их центральные части необходимо исследовать и законсервировать, пока вода и ветер окончательно не разрушили сохранившиеся структуры.

Это не означает, что всё поле нужно немедленно раскопать. Современная археология часто предпочитает сохранять часть памятника для будущих поколений, которые смогут изучить его более совершенными методами.

Но для этого нужно сначала остановить исчезновение.

Парк вместо пустыря

Нардаранскому некрополю необязательно становиться большим музейным комплексом. Более реалистичным решением мог бы быть небольшой археологический парк открытого типа.

После обследования и консервации курганы можно сохранить в естественном ландшафте. Пешеходный маршрут мог бы объединить их с другими памятниками Нардарана и северного Апшерона. Информационные стенды рассказывали бы о бронзовом веке, устройстве захоронений и истории заселения полуострова.

Предположительная визуальная реконструкция курганов

Цифровая реконструкция могла бы показать посетителям, как курганное поле выглядело до разграбления и наступления современной застройки. При этом любые изображения первоначального облика некрополя должны быть обозначены как научная гипотеза: спутниковая съёмка позволяет определить расположение объектов, но не даёт точных сведений об их древней высоте и конструкции.

Такой парк выполнял бы сразу несколько функций — научную, образовательную и охранную. Обозначенные границы, постоянное присутствие посетителей и общественное внимание нередко защищают археологический памятник эффективнее, чем инвентарный номер.

Останется ли что-нибудь, кроме номера

Курганному полю Нардарана не требуется повторное признание. Оно уже признано государством памятником бронзового века национального значения.

У него есть номер — 534.

У него есть официально указанное местонахождение — к востоку от Нардарана.

У него есть предварительная датировка — бронзовый век.

Но со временем может не остаться самого памятника.

История исчезает не только тогда, когда сносят известный дворец или взрывают древнюю крепость. Иногда она уходит почти незаметно: один холм разравнивают, другой окружают забором, третий размывает дождём. На месте некрополя остаётся пустырь, а в государственном документе — строка, которая уже не соответствует тому, что существует на земле.

Под нардаранскими насыпями всё ещё могут находиться ответы на вопросы о древнейшем населении Апшерона. Но времени для их сохранения становится меньше.

Если не провести повторную инвентаризацию, не определить охранные границы и не начать археологическое обследование, от курганного поля может сохраниться лишь запись:

«№534. Курганное поле. Бронзовый век. К востоку от посёлка Нардаран».

В реестре памятник останется. На земле — возможно, уже нет.

Продолжение следует

Предыдущие статьи:

Тайна «Гуннского кладбища»: что скрывает забытый некрополь Бузовны?

Камень, который пережил века

Там, где история не закончилась