![Главный фактор, усложняющий получение средств: закон](https://turan.az/resized/news/2024/AUHm1EqIGMn5Y8q8wBq0sPGUr2Y6lUcSEq6ARoHP-750-500-resize.webp)
Недавние события свидетельствуют о выраженной эскалации антитурецкой риторики, исходящей из Севера. Хотя официальная позиция Анкары еще не сформулирована, аналитикам, внимательно следящим за разворачивающейся ситуацией, рекомендуется интерпретировать эти события как часть более широкой стратегической перестройки. Турция, краеугольный камень в экономическом, военном и политическом здании западного альянса, прошла по деликатному пути с Россией до середины 2023 года.
В ходе шага, который подчеркнул стратегический поворот, Анкара передала президенту Зеленскому пятерых командиров «Азова», проходивших лечение в Турции. Это действие ознаменовало возвращение Турции к более традиционному раскладу сил. Анкара, которая играла посредническую роль, принимая делегации обеих сторон в Стамбуле в начале конфликта и содействуя «зерновому коридору», теперь приспосабливается к новым геополитическим реалиям.
По мере того, как конфликт затягивается, неизбежная переориентация Турции на своих традиционных союзников становится все более очевидной. Неспособность российских СМИ и стратегических аналитиков, полагающихся на подстрекательские комментарии таких деятелей, как Маргарита Симоньян и Александр Дугин, точно предсказать стратегическое направление Турции, представляет собой существенную оплошность. Длительная антитурецкая кампания является свидетельством этих просчетов и вряд ли будет постоянной. Несмотря на санкции, корыстные интересы России в Турции, обусловленные значительными инвестициями, не позволят ей полностью разорвать связи.
Растущая синергия между Баку и Москвой означает сближение азербайджанских и российских медиа-нарративов относительно Турции. Наблюдатели ожидают, что президент Владимир Путин вскоре может инициировать меры по ограничению пропаганды, побуждая Азербайджан соответствующим образом выровняться.
Внутри страны экономическая стратегия Турции подверглась пристальному вниманию. За последние два месяца опора правительства на цифры «приписки» Казначейства и министра финансов Мехмета Шимшека, наряду с созывом Инвестиционного консультативного комитета после восьмилетнего перерыва с приглашениями, направленными крупным западным инвесторам, не дала всеобъемлющего решения. Это признание не ускользнуло от внимания правительственных чиновников, парламентариев и деятелей гражданского общества.
Размышляя об исторических прецедентах, в начале 1990-х годов Международный валютный фонд предоставил премьер-министру Сулейману Демирелю кредит в размере 1 млрд долларов при условии сокращения государственных расходов. Несмотря на радикальные реформы, направленные на экономическую стабилизацию, такие как корректировка пенсионного возраста для смягчения фискального давления, последующие правительства, включая возглавляемое Эрдоганом, изначально добивались стабильности за счет приватизации. Однако неустойчивая фискальная политика в конечном итоге привела к фискальному тупику.
В настоящее время борьба Турции за обеспечение финансирования обусловлена нежеланием кредиторов финансировать обширные государственные расходы. Это затруднительное положение кажется неизбежным при текущей траектории.
Еще больше усугубляет финансовые проблемы Турции ухудшающийся правовой климат, характеризующийся несоблюдением решений Конституционного суда и Европейского суда по правам человека. В частности, несмотря на постановления Конституционного суда, требующие освобождения Джана Аталая, депутата Турецкой рабочей партии, который остается в заключении, Верховный суд отклонил эти директивы. Кроме того, отказ вице-спикера Бекира Боздага объявить о прекращении парламентского статуса Аталая в Великом национальном собрании Турции подчеркивает системные правовые недостатки.
В такой среде потенциальные инвесторы отпугиваются отсутствием правовой защиты, особенно в стране, где политические деятели могут оказаться в тюрьме. Остается критический вопрос: какой судебный орган будет защищать права инвесторов в условиях такой нестабильности?
На фоне этих проблем президент Эрдоган усилил наступление на основную оппозицию, в то время как более мелкие партии, вошедшие в парламент при поддержке светской Республиканской народной партии 14 мая 2023 года, изучают пути возвращения в правящую партию ПСР. Ожидается, что эта перестройка произойдет быстро, и фракции бывшего премьер-министра Ахмета Давутоглу и бывшего вице-премьера Али Бабаджана, вероятно, вернутся к своим истокам.
Эти события могут углубить идеологический разрыв между секуляризмом и политическим исламом, изменив внутриполитический расклад сил Турции.
Написать отзыв