Пропаганда или сигнал Кремля: кто стоит за угрозами в адрес Азербайджана

Генеральная прокуратура Азербайджана объявила в международный розыск трёх граждан России после выхода интернет-программы, участники которой обсуждали возможное свержение азербайджанского руководства, расчленение страны и проведение военной операции в Баку.

Обвиняемыми по делу проходят журналист Иван Князев, политический консультант и медиаэксперт Семён Уралов, а также Алексей Чадаев, которого азербайджанская прокуратура называет телевизионным журналистом и советником министра транспорта России.

Ведомство сообщило, что уголовное дело возбуждено по фактам публичных призывов к терроризму, насильственному изменению конституционного строя Азербайджана, нарушению его территориальной целостности и разжиганию национальной вражды.

Одним из главных оснований для расследования стала программа «Чистота понимания LIVE // Сколько в России агентов Алиева?», вышедшая 14 июля 2026 года на YouTube-канале «Семён Уралов». Это 67-й выпуск программы, в котором участвовали Князев, Уралов и Чадаев.

Выпуск продолжительностью около одного часа 24 минут изъят на YouTube и Rutube. В интернете опубликована также его полная текстовая расшифровка, позволяющая проверить формулировки участников и контекст их высказываний.

Изучение расшифровки подтверждает, что значительная часть передачи была посвящена возможным действиям России против правительства президента Ильхама Алиева и территориального устройства Азербайджана.

Участники обсуждали несколько вариантов российской стратегии: смену власти в Баку и установление более пророссийского режима, присоединение Азербайджана к России, передачу части его территории Армении или включение страны в состав федерации с Арменией и Грузией. Среди предложенных сценариев также назывались передача Азербайджана Ирану, использование этнических факторов для давления на Баку и погружение страны в гражданскую войну.

Часть этих положений Чадаев первоначально сформулировал в виде риторических вопросов о том, чего именно Москва хочет добиться от Алиева. Позднее обсуждение стало более конкретным: речь шла об усилении Каспийской флотилии, наращивании военного присутствия на границе Южного Дагестана, развитии морских и воздушных беспилотных систем в Каспийском регионе и планировании «десантной операции в Баку».

Уралов, в свою очередь, предложил возвращение Азербайджана, Армении и Грузии в объединённую закавказскую федерацию, утверждая, что такая модель должна ограничить развитие национализма в отдельных республиках.

В передаче также прозвучали обвинения в адрес азербайджанских диаспорских организаций и отдельных российских журналистов и экспертов, которых участники программы называли проводниками влияния Баку. Обсуждалась возможность поставить азербайджанские организации и общественных деятелей в России перед требованием открыто определить свою политическую лояльность.

Генеральная прокуратура заявила, что в этих высказываниях усматриваются призывы к применению насильственных методов против Азербайджана, изменению его конституционного строя, нарушению территориальной целостности и разжиганию национальной ненависти.

При этом контекст программы имеет значение для правовой оценки: некоторые наиболее радикальные сценарии перечислялись как возможные варианты политики, а не как прямые инструкции к немедленным действиям. Однако обсуждение военного усиления на Каспии, внутренней дестабилизации Азербайджана и возможной операции в Баку позволило следствию квалифицировать высказывания как выходящие за рамки политического анализа.

Прокуратура также ссылается на программу, опубликованную на том же канале 13 августа. По версии следствия, её участники говорили о применении насильственных методов против Азербайджана, удержании отдельных лиц под угрозой физического уничтожения и их целенаправленной ликвидации.

Однако точно установить, какой именно материал от 13 августа имеется в виду, пока не удалось. Выпуск «Братушки и небратья», помещённый в одном из архивов под этой датой, доступен на YouTube и других площадках, но в его опубликованной полной расшифровке Азербайджан и Алиев не упоминаются. Не исключено, что прокуратура ссылается на другой ролик, отдельный фрагмент передачи, изменённую публикацию либо материал, который впоследствии был удалён.

По делу применены статьи 214-2 — публичные призывы к терроризму, 281.2 — публичные призывы, направленные против государства, и 283.2.1 — разжигание национальной ненависти и вражды Уголовного кодекса Азербайджана, говорится в сообщении Генеральной прокуратуры, опубликованном AZƏRTAC.

Князев, Уралов и Чадаев заочно привлечены в качестве обвиняемых. Азербайджанские суды избрали им меру пресечения в виде ареста, поскольку все трое находятся за пределами страны.

Генеральная прокуратура сообщила, что направила компетентным органам других государств запросы об установлении местонахождения, задержании и передаче обвиняемых Азербайджану. Ведомство также предпринимает меры для организации их розыска через каналы Интерпола. Из заявления, однако, не следует, что Интерпол уже опубликовал в отношении них «красные уведомления».

Публичных комментариев обвиняемых по существу предъявленных Азербайджаном обвинений на момент публикации не было. Российские власти также официально не сообщили, намерены ли они реагировать на запросы Баку.

Кто стоит за участниками программы

Положение участников передачи вызывает вопрос, могли ли они самостоятельно выступить с такими заявлениями в российской информационной системе, где публичная критика власти, войны и силовых структур жёстко ограничена.

Наиболее тесными связями с государством обладает Алексей Чадаев. Он руководит научно-производственным центром «Ушкуйник», выпускающим применяемые российской армией беспилотники, а в январе 2026 года был назначен внештатным советником министра транспорта России Андрея Никитина. Чадаев продолжил руководить центром и заявил, что выполняет обязанности советника на общественных началах. Таким образом, он является не только политическим комментатором, но и участником связанного с государством военно-промышленного сектора. ТАСС подтверждал его назначение и руководство «Ушкуйником».

Иван Князев с 2022 года работает ведущим новостей на телеканале «Москва 24», входящем в контролируемую московскими властями систему городских СМИ. Одновременно он является профессором и академическим руководителем программы «Журналистика» в Институте медиа Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики». Учредителем и собственником имущества этого университета выступает Российская Федерация. Эти сведения приведены в официальной биографии Князева и документах Высшей школы экономики.

Семён Уралов не занимает известной официальной должности в правительстве, однако давно работает внутри провластной экспертной и медиасреды. Он называет себя политтехнологом, медиатехнологом и исследователем «когнитивных войн», является шеф-редактором проекта «СОНАР-2050», продвигающего интеграцию России и Беларуси, и регулярно выступает на государственных и лояльных Кремлю медиаплощадках. Его публичная деятельность строится вокруг поддержки российской внешнеполитической линии и войны против Украины.

Таким образом, речь идёт не о независимых оппозиционных журналистах, а о представителях лояльной государству медиаполитической среды. Один из них одновременно связан с федеральным министерством и производством вооружений, второй работает на городском телеканале и в государственном университете, третий участвует в проектах, обслуживающих российскую интеграционную и внешнеполитическую повестку.

Это обстоятельство особенно существенно на фоне положения со свободой слова в России. В рейтинге свободы прессы за 2026 год Россия занимает 172-е место среди 180 стран. «Репортёры без границ» отмечают, что почти все независимые российские СМИ запрещены, заблокированы или объявлены «иностранными агентами» и «нежелательными организациями», тогда как оставшиеся крупные средства массовой информации принадлежат государству либо связанным с Кремлём структурам. RSF также указывает на военную цензуру и систематическую самоцензуру редакций.

В таких условиях предположение о том, что известные журналисты и эксперт, связанный с российским государственным аппаратом, совершенно случайно и без ощущения политической допустимости обсуждали свержение руководства соседнего государства, его расчленение и военную операцию в столице, вызывает обоснованные вопросы.

Однако сами институциональные связи не доказывают, что передача была заказана или предварительно согласована Кремлём. Российская система информационного управления не предполагает обязательного утверждения каждой реплики. Лояльным комментаторам обычно предоставляется значительно больше свободы, если их высказывания направлены против внешнего государства и не противоречат текущей политической линии Москвы.

Поэтому возможны несколько объяснений. Участники могли самостоятельно радикализировать риторику, понимая, что за выпады против Азербайджана внутри России им не грозит то преследование, которое применяется за критику российских властей или войны. Их заявления могли также служить пробным сигналом — попыткой проверить общественную и дипломатическую реакцию на более жёсткий курс в отношении Баку. Наконец, передача могла отражать позицию одной из конкурирующих групп внутри российского государственного и силового аппарата, не являясь официальной линией Кремля.

До появления документов, свидетельствующих о редакционном задании, финансировании или прямом поручении государственных органов, утверждать, что за передачей стояло российское руководство, нельзя. Но должности её участников, доступ к государственным площадкам и отсутствие видимых санкций в России позволяют говорить как минимум о политической терпимости к подобной риторике. В контролируемой информационной системе молчание властей после таких заявлений может быть не доказательством заказа, но показателем того, что установленная ими красная линия нарушена не была.