От «Экинчи» до искусственного интеллекта: азербайджанская пресса на пороге новой эпохи

Азербайджанская национальная пресса отмечает 151-ю годовщину в момент, когда человечество вступает в новую информационную эпоху — эпоху искусственного интеллекта. Технологии уже не просто ускоряют распространение новостей: они меняют сам процесс производства информации, роль журналиста, структуру медиарынка и механизмы формирования общественного мнения.

Если интернет лишил традиционные средства массовой информации монополии на распространение новостей, то искусственный интеллект способен лишить человека монополии на создание контента. Тексты, изображения, видеоматериалы, аналитические обзоры и переводы теперь могут производиться за считаные минуты. Алгоритмы всё активнее определяют, какую информацию увидит пользователь, каким источникам он будет доверять и какая тема окажется в центре общественного внимания.

Масштабы этой революции пока невозможно предсказать. Но уже ясно: прежние методы управления информационным пространством стремительно утрачивают эффективность.

От первой газеты до глобальной цифровой сети

История азербайджанской национальной прессы началась 22 июля 1875 года, когда просветитель Гасан-бек Зардаби выпустил первый номер газеты «Экинчи». Издание стало не только источником новостей, но и инструментом просвещения, общественного пробуждения и формирования национального самосознания.

За прошедшие 151 год азербайджанская журналистика пережила смену империй и политических систем, цензуру, репрессии, периоды относительной свободы, распад Советского Союза, восстановление независимости, появление частных газет, телевидения, интернет-изданий и социальных сетей.

Однако нынешняя технологическая трансформация по своему значению может превзойти все предыдущие перемены. Раньше менялись главным образом каналы доставки информации. Сегодня меняется сам субъект её производства.

В начале XXI века власти стремились усилить контроль над традиционными средствами массовой информации — телевидением, радио и печатными изданиями. Но именно в этот период на информационное поле вышли электронные медиа. Когда административные, финансовые и правовые механизмы начали распространяться и на них, стремительно выросло влияние социальных сетей.

Информация перестала двигаться только сверху вниз — от государства, редакции или телевизионной студии к аудитории. Она стала распространяться горизонтально: от гражданина к гражданину, из одного сообщества в другое, через смартфоны, мессенджеры и социальные платформы.

Шесть миллионов превратились в миллионы редакций

Утверждение о шести миллионах граждан, получающих информацию из социальных сетей, сегодня выглядит даже осторожным. По оценке DataReportal, в Азербайджане в октябре 2025 года насчитывалось около 7,61 миллиона активных учётных записей в социальных сетях, что соответствовало 73,1 процента населения страны. При этом сама организация подчёркивает, что речь идёт об учётных записях, а не обязательно об уникальных пользователях.

Эти цифры показывают главное: социальные сети уже нельзя считать периферийным или альтернативным информационным пространством. Для значительной части населения они стали основным каналом получения новостей, обсуждения общественных проблем и выражения собственного мнения.

В результате профессиональная журналистика утратила исключительное право на производство контента. Каждый человек, имеющий смартфон, потенциально является автором, оператором, комментатором и распространителем информации. Очевидец события способен опубликовать видео раньше, чем на место прибудет журналист. Один пост может получить аудиторию, сопоставимую с аудиторией крупного средства массовой информации.

Попытки установить контроль над социальными сетями посредством инвестиций в лояльные ресурсы, давления, запугивания, блокировок или административных ограничений оказались разновидностью борьбы с ветряными мельницами. Можно закрыть редакцию, заблокировать сайт или ограничить работу отдельного журналиста, но невозможно остановить миллионы людей, одновременно производящих и передающих информацию.

Более того, давление не уничтожает общественный спрос на независимую информацию. Оно лишь переводит этот спрос на другие платформы, способствует распространению анонимных источников и снижает доверие к официальным сообщениям.

Искусственный интеллект разрушает последние барьеры

Искусственный интеллект выводит этот процесс на новый уровень. Теперь для создания профессионально выглядящего текста, изображения или видеоролика не всегда нужны редакция, студия и дорогостоящее оборудование. Один человек с доступом к современным цифровым инструментам способен выполнять работу, для которой раньше требовалась целая команда.

Это открывает огромные возможности. Искусственный интеллект может помогать журналистам обрабатывать массивы документов, анализировать статистику, переводить тексты, расшифровывать интервью, искать противоречия в официальных заявлениях и создавать новые формы представления информации.

Но одновременно возрастают риски. Искусственно созданные изображения, поддельные видеозаписи, имитация голоса и автоматизированное распространение дезинформации затрудняют отделение факта от вымысла. Объём контента растёт быстрее, чем возможности общества проверять его достоверность.

Поэтому искусственный интеллект не отменяет профессиональную журналистику. Напротив, он делает её общественную миссию ещё более важной. В условиях информационного изобилия главным ресурсом становится уже не сама информация, а доверие к её источнику.

Журналист будущего — это не просто автор текста. Это специалист, способный проверять факты, объяснять сложные процессы, отделять доказательства от манипуляций, раскрывать происхождение цифрового контента и нести ответственность перед обществом.

Контроль не создаёт доверия

История последних десятилетий показывает, что административный контроль не способен обеспечить устойчивое общественное согласие. Он может временно ограничить распространение определённых мнений, но не устраняет причины недоверия, недовольства или конфликта.

Общественный консенсус формируется не через информационную монополию, а через открытое обсуждение. Он требует пространства, в котором представлены разные позиции, а граждане имеют возможность сопоставлять аргументы и самостоятельно делать выводы.

Государству не следует бояться разнообразия мнений. Критическая журналистика может выявлять проблемы до того, как они перерастут в кризис. Независимые средства массовой информации обеспечивают обратную связь между обществом и властью, предупреждают об ошибочных решениях, раскрывают злоупотребления и способствуют повышению качества государственного управления.

Подавление критики, напротив, создаёт информационный вакуум. В такой системе государственные институты начинают получать искажённую картину общественных настроений, а население ищет ответы в неподтверждённых публикациях и анонимных каналах.

От 171-го места — к числу свободных стран

Положение Азербайджана в международных оценках свободы прессы остаётся крайне тяжёлым. Если в индексе организации «Репортёры без границ» за 2025 год страна занимала 167-е место, то в рейтинге 2026 года она опустилась на 171-е место среди 180 государств. Азербайджан получил 23,95 балла из ста, а ситуация со свободой прессы была отнесена к категории «очень серьёзной».

Эти показатели нельзя воспринимать только как внешнюю оценку или элемент международной политической борьбы. Место страны в рейтинге отражается на её репутации, инвестиционной привлекательности, способности развивать инновации и конкурентоспособности её институтов.

Азербайджан должен стремиться не просто покинуть нижнюю часть рейтинга, а войти в число государств, где свобода слова рассматривается как условие устойчивого развития и национальной безопасности.

Для этого необходима политическая воля. Должны быть освобождены журналисты, находящиеся под арестом или отбывающие наказание в связи со своей профессиональной деятельностью. Необходимо либерализовать медиарынок, обеспечить равные экономические условия для редакций, отказаться от избирательного применения законодательства и создать реальные гарантии редакционной независимости.

Государственная поддержка средств массовой информации не должна превращаться в инструмент формирования лояльности. Она должна распределяться прозрачно, по понятным критериям и без вмешательства в редакционную политику. Необходимо также обеспечить доступ журналистов к общественно значимой информации и укрепить механизм ответственности должностных лиц за отказ отвечать на информационные запросы.

Новый завет Гасан-бека Зардаби

Миссия, которую Гасан-бек Зардаби возложил на национальную прессу 151 год назад, остаётся актуальной. Меняются технологии, форматы и скорость распространения новостей, но обществу по-прежнему необходимы знания, честный разговор и достоверная информация.

Искусственный интеллект открывает перед Азербайджаном выбор. Его можно использовать для массового производства пропаганды, цифрового наблюдения и имитации общественной поддержки. Но тот же искусственный интеллект способен стать инструментом просвещения, повышения качества журналистики, расширения доступа к знаниям и укрепления общественного контроля.

Будущее азербайджанской прессы определяется не количеством подконтрольных ресурсов и не совершенством механизмов ограничения информации. Оно зависит от способности государства и общества признать новую реальность: управлять общественным сознанием в цифровую эпоху посредством запретов невозможно.

Единственный разумный путь — формирование объективного, плюралистического и качественного информационного поля. Не контроль, а доверие. Не страх перед критикой, а готовность отвечать на неё. Не информационная монополия, а свободная конкуренция идей.

Именно такой переход мог бы стать достойным продолжением дела Гасан-бека Зардаби и главным итогом 151-летнего пути азербайджанской национальной прессы.