Омбудсмен пересказал ответы ведомств, но восстановил ли право на информацию?

Аппарат уполномоченного по правам человека запросил у государственных органов сведения о строительных и экологических проблемах в Бузовне. Однако большинство поставленных вопросов осталось без ответа, а правовая оценка первоначального молчания чиновников так и не была дана.

25 мая 2026 года я направил информационные запросы в пять организаций: Министерство экологии и природных ресурсов, Государственное агентство водных ресурсов, Государственный комитет по градостроительству и архитектуре, Конфедерацию профсоюзов Азербайджана и Исполнительную власть Хазарского района.

Запросы касались строительства и эксплуатации канализационной линии в посёлке Бузовна, повреждения дорожной инфраструктуры, проседания грунта, утечки сточных вод и возможного загрязнения прибрежной территории Каспийского моря.

Я просил сообщить, проводились ли служебные, технические и экологические проверки, установлены ли ответственные организации, дана ли правовая оценка действиям должностных лиц, планируется ли независимая экспертиза и когда будет восстановлена повреждённая инфраструктура.

Отдельный вопрос касался возможного сброса неочищенных сточных вод в акваторию Каспийского моря на участке Загульба — Бузовна.

В установленный законом срок содержательных ответов от большинства адресатов я не получил. Поэтому 23 июня обратился к уполномоченному по правам человека Сабине Алиевой с жалобой на нарушение права на получение информации.

Ответ вместо расследования

Первый ответ Аппарата омбудсмена был датирован 12 августа. В нём говорилось, что я уже обращался по этому вопросу в соответствующие государственные органы.

Далее Аппарат сослался на статью 1.5 Конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека (Омбудсмене) Азербайджанской Республики». Согласно этой норме, деятельность омбудсмена не ограничивает и не заменяет полномочия других государственных органов, обеспечивающих защиту прав человека.

Сама по себе эта ссылка юридически верна. Омбудсмен действительно не должен выполнять вместо Министерства экологии экологическую экспертизу, вместо водного агентства управлять канализационными сетями, а вместо исполнительной власти восстанавливать дорогу.

Однако я и не просил омбудсмена заменить эти органы.

Предметом жалобы было их бездействие — непредоставление ответов на информационные запросы. Поэтому Аппарату следовало проверить, когда запросы были получены и зарегистрированы, соблюдены ли предусмотренные законом сроки, направлялись ли уведомления о продлении срока или переадресации и имелись ли законные основания для непредоставления информации.

В письме от 12 августа не было указано, принято ли обращение к рассмотрению как жалоба на нарушение права на информацию, проводится ли расследование и какие меры намерен принять омбудсмен.

Фактически ссылка на статью 1.5 подменила предмет обращения. Речь шла не о компетенции государственных органов в области строительства или экологии, а о выполнении ими обязанности отвечать на информационные запросы.

Что выяснил Аппарат омбудсмена

Второе письмо Аппарата, датированное 21 августа, оказалось более содержательным. Из него следует, что после моей жалобы омбудсмен запросил информацию у пяти организаций.

Государственное агентство водных ресурсов сообщило, что строительство водопроводных и канализационных линий санаториев «Хазар» и «Шеки» выполняла строительная организация, определённая заказчиком. Однако ни заказчик, ни подрядчик в ответе не названы.

Агентство также заявило, что для централизованного отвода сточных вод населённых пунктов Хазарского района подготовлена проектная документация. Предполагается направлять сточные воды Бузовны на очистные сооружения, а строительство магистральных коллекторов и самих очистных сооружений пока находится на стадии проектирования.

Исполнительная власть Хазарского района сообщила, что проведение служебных проверок, технических обследований и правовая оценка их результатов не входят в её полномочия. Районная администрация ограничилась обращением в Объединённую службу водоснабжения крупных городов.

Была приведена и информация о лабораторном исследовании одной пробы воды, взятой из смотрового колодца дренажной линии. По утверждению водного агентства, загрязняющие вещества в ней не обнаружены, а территория взята под контроль.

Но из письма невозможно понять, когда была взята проба, какие именно показатели исследовались, проверялось ли наличие нефтепродуктов, тяжёлых металлов и бактериологического загрязнения, соответствовала ли процедура отбора установленным требованиям и можно ли считать одну пробу достаточной для оценки состояния всей дренажной системы и морской акватории.

Проект без экологического заключения

Наиболее существенная информация содержится в ответе Министерства экологии и природных ресурсов.

Министерство признало, что в связи с проводимыми на указанной территории работами ему не представлялись обращение или проектная документация. Поэтому государственная экологическая экспертиза не проводилась и заключение экологической экспертизы не выдавалось.

Более того, Региональное управление экологии и природных ресурсов № 11 ещё 3 июня направило в Объединённую службу водоснабжения крупных городов запрос. Экологическое управление потребовало предоставить сведения об исполнителе, подрядчике и лице, ответственном за охрану окружающей среды, а также подтверждающие документы.

Эти сведения были необходимы для начала административного расследования в связи с тем, что не были приняты меры для получения экологического заключения на строительство канализационной линии.

Однако, как сообщается в письме Аппарата омбудсмена, Объединённая служба водоснабжения крупных городов на запрос экологического управления не ответила.

Таким образом, официальный ответ не только не снял вопросы, но и выявил новую проблему: организация, связанная с реализацией проекта, проигнорировала запрос государственного экологического органа, сделанный для начала административного расследования.

Аппарат омбудсмена воспроизвёл этот факт, но не сообщил, дана ли ему правовая оценка, потребовал ли омбудсмен представить сведения и обращался ли он в вышестоящие органы.

Большинство вопросов осталось без ответа

Полученные омбудсменом письма содержат отдельные сведения, однако они не отвечают на основную часть поставленных вопросов.

До сих пор официально не названы:

• полное название проекта;
• заказчик, проектировщик и генеральный подрядчик;
• организации, осуществляющие технический и авторский надзор;
• стоимость проекта и источник финансирования;
• сведения о проведённой государственной закупке;
• даты и номера разрешительных документов;
• основание для проведения земляных работ и вскрытия дороги;
• технические параметры трубопровода;
• координаты и устройство точки сброса воды;
• сроки завершения строительства;
• причины затягивания работ;
• организация, ответственная за восстановление асфальта;
• срок полного восстановления движения;
• должностные лица, ответственные за отсутствие информационного щита;
• результаты служебных и технических проверок.

Не были представлены и запрошенные копии проектных, разрешительных, закупочных, экологических и контрольных документов.

Наконец, не объяснено, почему государственные органы своевременно не ответили на первоначальные информационные запросы.

Что должен был проверить омбудсмен

Официальный сайт омбудсмена указывает, что уполномоченный контролирует выполнение государственными органами обязанностей, вытекающих из Закона «О получении информации», расследует жалобы и направляет требования об устранении нарушений.

Статья 13-1 Конституционного закона об омбудсмене предусматривает специальную процедуру рассмотрения жалоб на нарушение права на информацию.

Уполномоченный должен установить:

• был ли запрос зарегистрирован;
• рассмотрен ли он в предусмотренном законом порядке;
• соблюдены ли срок и способ предоставления информации;
• соответствовал ли закону отказ;
• была ли обязанность по раскрытию общественно значимой информации исполнена полно и точно.

При выявлении нарушения омбудсмен требует от владельца информации устранить его. Орган должен в течение десяти рабочих дней сообщить о принятых мерах. Если требование не выполнено, омбудсмен вправе обратиться в вышестоящую инстанцию.

Закон также позволяет омбудсмену запрашивать документы и объяснения, поручать проведение проверок и подготовку экспертных заключений, требовать восстановления нарушенного права и предлагать привлечение виновных должностных лиц к дисциплинарной ответственности.

Следовательно, функция омбудсмена не может ограничиваться пересылкой или пересказом писем тех органов, бездействие которых обжалуется.

Частичное содействие вместо восстановления права

Было бы неправильно утверждать, что Аппарат омбудсмена вообще ничего не сделал. После обращения он запросил информацию у государственных органов и получил сведения, часть которых имеет существенное общественное значение.

В частности, стало известно, что экологическая экспертиза не проводилась, заключение не выдавалось, а запрос экологического управления, необходимый для начала административного расследования, остался без ответа.

Но получение нескольких ведомственных писем ещё не означает восстановления нарушенного права.

Аппарат не дал правовой оценки первоначальному молчанию государственных органов, не установил нарушения сроков, не сопоставил предоставленные ответы с каждым из поставленных вопросов и не сообщил, направлялись ли требования об устранении нарушений.

В результате письмо от 21 августа имеет преимущественно информационный, а не правозащитный характер. Оно сообщает, что ответили государственные органы, но не отвечает на главный вопрос: было ли нарушено право заявителя на получение информации и восстановлено ли оно в полном объёме?

Не посредник по переписке, а гарант права

Омбудсмен не обязан самостоятельно готовить технические ответы вместо профильных ведомств. Но он обязан добиваться, чтобы владельцы информации отвечали в предусмотренном законом порядке, своевременно, полно и по существу.

В данном случае Аппарату следовало потребовать от каждого органа направить заявителю полный ответ либо привести конкретные законные основания для отказа по отдельным сведениям и документам.

Необходимо также выяснить причины игнорирования запроса экологического управления и определить, какие последствия повлекло строительство линии без государственной экологической экспертизы.

Пока этого не сделано, цель обращения к омбудсмену не достигнута. Вместо полноценного расследования нарушения права на информацию заявитель получил пересказ неполных ведомственных ответов.

Суть проблемы заключается не в том, что омбудсмен не заменил государственные органы. Проблема в том, что из его ответа не видно, потребовал ли он от этих органов исполнить закон.

Именно здесь проходит граница между обычным посредничеством в переписке и реальной защитой права на информацию.