Последнее обновление

(4 часа назад)
trthaber.com

trthaber.com

Пока повестка встречи представляет собой разнообразный набор прогнозов представителей СМИ и мира политики: наращивание российского военного присутствия у восточной границы Украины, аннексия Крыма, вмешательство в президентскую кампанию в США в 2016 г., кибератака на компанию SolarWinds, ситуация с правами человека и Алексеем Навальным, принудительная посадка самолета Ryanair и арест белорусского диссидента Романа Протасевича, возможная причастность России к убийствам американских военнослужащих в Афганистане, роль России в сирийском конфликте, зондирование российской роли в рамках поиска решения палестино-израильского конфликта. Более вероятна какая-то договоренность по вопросам изменения климата.

На днях представители Госдепартамента США должны посетить страны Южного Кавказа, в ходе этих визитов, несомненно, будет обсуждена проблема конфликтов и путей их преодоления. В первую очередь это касается нагорно-карабахского конфликта, полностью вышедшего из-под контроля Запада. Позиции Украины, Молдовы и Грузии для США вполне прозрачны. В мае прошли встречи Госсекретаря Блинкена с главой МИД Лавровым в Рейкьявике и советника по нацбезопасности Салливэна с секретарем Совета безопасности Патрушевым. Словом, американская дипломатия весьма неплохо поработала перед предстоящей встречей.

Как помнится, предложение о личной встрече впервые было озвучено Путиным после нелицеприятных характеристик Байдена, но было проигнорировано. Поэтому встречное предложение Байдена стало неожиданным и сенсационным на фоне роста напряженности в американо-российских отношениях. В этих условиях предложение о переговорах Путин, конечно же, воспримет как признак политической слабости.

СМИ и политики США в целом скептически относятся к встрече, полагая, что единственный инструмент воздействия на Путина –  угроза персональных санкций, все другое  лишь укрепляет статус Путина в глазах мира и россиян. Отмечается, что российский подход практически к любой из проблем, связанных с международной стабильностью, преимущественно негативный и разрушительный. Не случайно, в Конгрессе растет беспокойство со стороны представителей обеих партий по поводу подхода администрации Байдена к отношениям с Москвой. По сообщениям прессы, в законодательных органах 75% демократов не очень довольны предполагаемым сближением с Россией, а 95% республиканцев вообще против такого шага.

Аналитики США выдвигают две версии подоплеки встречи: стратегическую, по которой администрация Байдена реализует большой план действий, и стабилизация отношений с Россией – часть этого плана; тактическую - Байден принял решение о встрече, чтобы показать, что, в отличие от Трампа, он человек надежный, способный обеспечить стабильность и безопасность страны. Кроме того, стоит упомянуть, что некоторое время назад влиятельные американские аналитики и комментаторы написали открытое письмо, призывая к диалогу с Кремлем.

Вместе с тем существует мнение, что каких-то стратегических планов у Байдена в отношении России нет. Поэтому есть какая-то опасность, что сейчас в сложившейся непростой ситуации Байден будет искать что-то подобное «политике перезагрузки» Обамы с прагматичной целью показать заинтересованность США в разрядке напряженности. В этом и состоит главная опасность предстоящей встречи. Противники сближения с Россией считают, что «американцы не могут адаптировать свое мышление к людям, представляющим государство, для которого человек является каким-то расходным материалом для проектов власть имущих». Они не могут понять уровень цинизма политической системы России.

Обозреватель журнала «The American Spectator» (бывший заместитель министра обороны США) Джед Баббин суммирует «протестное» мнение: «Если цель предстоящего саммита президентов России и США в Женеве заключается в восстановлении «предсказуемости и стабильности» между двумя странами, то он не имеет никакого смысла. Москва берет все, что может взять от Вашингтона, и ей за это ничего не будет. И то же самое следует ожидать от предстоящей встречи в Женеве. И будет удивительно, если переговоры в Женеве приведут к каким-то значимым результатам. Путин не упустит возможность, которую предоставляет саммит, с тем, чтобы снова позиционировать себя в качестве незаменимого игрока на международной арене». 

Было бы политически близоруко рассматривать ситуацию в современном мире исключительно в контексте американо-российских отношений при наличии такого глобального фактора как Китай. Вот почему укрепляется позиция, согласно которой предстоящий саммит должен определить расстановку политических сил в треугольнике США - Россия - Китай. Собственно, даже не в «треугольнике», а в доктрине «большой двойки», согласно которой «угасающая сверхдержава» (Россия) уступает свое место «восходящей сверхдержаве» (Китай) в новом двуполярном мире. Предстоящая встреча в Женеве в определенном смысле наметит перспективу мирового политического процесса.

Может быть, этим определяется очередность встреч Байдена с его главными политическими оппонентами? И в этом смысле, может быть, вопрос о том, произойдет ли встреча Байдена с Си Цзиньпином, во многом зависит от итогов (провала или успеха) встречи с Путиным?!

Как бы то ни было, выступая недавно перед военнослужащими на базе в штате Виржиния, сославшийся на опыт своих предыдущих многочисленных встреч с председателем КНР Джо Байден заявил: «Си Цзиньпин твёрдо верит, что Китай до 2035 года будет обладать Америкой».

Значит ли это, что Джо Байден рассматривает Россию скорее как текущую проблему для США, чем как долгосрочный стратегический вызов? Для всецело положительного ответа на этот вопрос мешает лишь тот фактор, что США и Россия являются ведущими ядерными державами и несут главную ответственность за стратегическую безопасность и стабильность. При этом Россия ценой чрезмерных усилий смогла опередить США в некоторых направлениях наступательного вооружения.

США, конечно же, могли бы получить выгоду от  конфронтационного столкновения интересов России и Китая, поскольку без поддержки друг друга их позиции в мире становятся значительно слабее, при этом теряется позитивная динамика, направленная на балансирование интересов и сотрудничество на многочисленных уровнях. Однако Вашингтон не способен внести раскол в отношения Москвы и Пекина, поскольку в обеих столицах понимают, что совместное противодействие давлению со стороны США является их естественным образом совпадающим общим интересом, а это делает их отношения прочными и защищенными от любых потрясений.

Интересно отметить, что Россия и Китай проводят регулярные консультации после своих контактов с США, а руководители обеих стран обмениваются на личных встречах информацией о том, что обсуждалось в ходе их переговоров с Вашингтоном. Эксперты отмечают, что Москва и Пекин развили свои отношения до такого уровня, который охватывает почти все области двустороннего сотрудничества – «от экономики и политики до глобального управления, технологии, военных и гуманитарных обменов. Углубление взаимодействия может быть сделано с помощью основанного на доверии обмене чувствительными технологиями, и именно об этом свидетельствуют решения обеих стран относительно интеграции космических программ, а также о совместной разработке системы противоракетной обороны».

Итак, Дж. Байден, первый из президентов США выполнивший свое предвыборное обещание признать «геноцид армян в Османской империи», собирается 16 июня встретиться с В. Путиным, вытеснившего при попустительстве Д. Трампа Запад из региона Южного Кавказа и создавшего вместе с президентом Турции Р. Эрдоганом хоть и неустойчивый, но плодотворный альянс на немалом геополитическом пространстве противостояния США. Очевидно, что вне зависимости от оценки миссии Госдепартамента США по итогам посещения столиц государств Южного Кавказа, главный вектор западной политики в этом регионе будет складываться в результате консультаций Байдена со своими западными коллегами, которые должны состояться в ходе отмеченных ранее трех мероприятий. Тревожным фактором здесь выступает односторонняя позиция президента Э. Макрона, перманентно выдвигающего радикальные планы возвращения Запада в регион Южного Кавказа и «наказания» Турции и Азербайджана. Естественно, в качестве латентного, но мощного противовеса этой позиции будет выступать Великобритания, для которой исторически неизменным соперником является Россия. Германия, задобренная решением США не препятствовать ее намерениям стать газовым хапом объединенной Европы, скорее всего займет нейтральную позицию, в целом потакая особо настоятельным просьбам Вашингтона.

В ситуации наблюдаемого разброда политических настроений в ЕС (особенно между старыми и новыми его членами) велика вероятность неформального признания по итогам переговоров  постсоветского пространства сферой преимущественных интересов России. Это в действительности означает, что движение Украины, Молдовы и Грузии в структуры ЕС и НАТО будет искусственно тормозиться (как и решение конфликтов на их территориях), а в обществах этих государств будут расти настроения в пользу политического и оборонного нейтралитета.

Несколько иной подход прогнозируется в отношении Азербайджана и Армении, где Запад попытается восстановить свои позиции за счет реанимации института сопредседательства Минской группы. Излишне говорить, насколько такой план расходится с намерениями Москвы и Анкары.

В любом случае Азербайджану необходимо усилить процесс закрепления итогов 44-ой войны, число противников которых растет, захватывая даже Иран(!). В конце концов, сама страна решает свои стратегические задачи, оказываясь в результате в стане победителей или проигравших.

Али Абасов

Написать отзыв

Аналитика

Чего добивается Россия в Армении, и что обещали Еревану на трехсторонней встрече в Брюсселе? - беседа с Тиграном Хзмаляном в программе "Çətin sual"



InvestPro Azerbaijan Baku & Turkiye Istanbul 2024 – two conferences in one shot


Следите за нами в социальных сетях

Лента новостей