![Ülvi Mehdi](https://turan.az/resized/media/2020/main/060900027659-750-500-resize.webp)
Ülvi Mehdi
Включение фильма кинематографистов Армении о событиях в Нагорном Карабахе в конкурсную программу полнометражных дебютов 73-го Каннского кинофестиваля 2020 г. является не столько кинематографическим событием (фильма большинство зрителей ещё не видели), но прежде всего, инструментом пропаганды в армяно-азербайджанском конфликте. Отсутствие превентивного «ответа» (речь не об обязательном национальном шедевре), а чем –то подобном, свидетельство нашей бездеятельности. В данном случае, беспомощности отдела кинематографии Министерства культуры Азербайджана и руководства этого ведомства в лице Абульфаза Гараева.
В достославные времена экономического подъёма, Президент Ильхам Алиев утвердил «Государственную программу развития азербайджанского кино на 2008-2018 годы» и выделил на это значительные финансовые средства.
Однако за эти десять лет не произошло никаких значимых результатов в национальном кинематографе.
Единственным исключением (а оно, как известно, подтверждает правило) стал художественный фильм режиссера Эльчина Муса-оглы «Набат», демонстрировавшийся на Венецианском кинофестивале 2014 г. в конкурсной программе «Горизонты» и весьма условно, неубедительными полунамёками, повествующий о Карабахской войне.
Прошло два года со дня окончания президентской программы, а отдел кинематографии Минкульта до сих пор так толком и не отчитался за «освоенные» 80 млн. манат (в те годы по курсу они примерно равнялись 80 млн. евро), выделенные из госбюджета на эту самую программу.
Для сопоставления: по официальным данным Минкульт Армении на идеологический фильм «Si le vent tombe» («Если ветер стихнет»), ставший ни много ни мало конкурсантом Канн 2020 г., потратил порядка около 100 тыс. долларов. Правда, были еще взносы от стран-партнеров создания ленты – Франции и Бельгии. То есть, речь может идти максимум в 500 тысяч долларов.
На официальном сайте фестиваля информация о фильме весьма скудная и даже трейлера найти не удаётся. Лишь русскоязычные СМИ Армении опубликовали краткую аннотацию. Подобная идеологическая агитка априори не может быть шедевром, да у неё и задачи, видимо, были совсем иные.
В разные годы на мировых кино-форумах были представлены фильмы Атома Эгояна, братьев Тавиани, Фатиха Акына на тему событий 1915 года. Судя по статистике, подобные идеологические клише кассового успеха не имели, и сами подобные фильмы для фильмографии вышеуказанных режиссеров были проходными.
Выделенные Минкульту Азербайджана госбюджетные финансы безусловно осваивались, причем помпезно. Как тут не вспомнить открытие пресловутых «павильонов азербайджанского кино на Каннском кинофестивале», проводимые несколько лет подряд. Собственно, цель более чем благая. Подразумевалось, что благодаря этим официальным павильонам под флагом Азербайджана делегация отдела кинематографии Минкультуры будет искать достойных партнеров для реализации интересных проектов и съёмок качественных полнометражных фильмов, в том числе, конечно, и о Карабахской войне. А кроме того – продвигать имидж Азербайджана на международной арене, но ничего этого ведомство Абульфаза Гараева не сделало.
Поэтому, сегодня мы подверглись «АРТобстрелу» наших идеологических позиций прямой наводкой. Включение в программу 73-го Каннского кинофестиваля пропагандистского фильма из Армении со съёмками на оккупированных территориях – это прямой удар по позициям Азербайджана. Об обстрелах наших позиций мы периодически узнаем из боевых информационных сводок Минобороны Азербайджана. Но, в отличие от Минобороны, наш горе Минкульт не может похвастаться фразой: «Огневые точки противника были подавлены ответным арт-огнём».
С такими возможностями отдела кинематографии Министерства культуры у нас должна была быть стратегическая программа и проекты на десять лет вперед.
Можно и нужно было не спешить с самодеятельными постановками, выдаваемыми за «фильмы». Приглашать в Азербайджан не карикатурных кулинарных «кино-деятелей», а настоящих кинопродюсеров, имеющих многолетний и успешный опыт в производстве. Самое главное, распространять снятых с ними проектов в мире, и прежде всего, на международных кинофестивалях класса «А».
Это было бы возможно, если у руля отдела кинематографии находились профессионалы, или хотя бы мало-мальски разбирающиеся в задачах в современного кинематографа люди. Но видимо, у Абульфаза Гараева были иные приоритеты и задачи.
И вновь вернемся к нашим баранам, а именно к теме информационного повода в СМИ. На Каннском фестивале 2020 г. дебютирует армянский режиссер Нора Мартиросян с полнометражным фильмом. О ее предыдущих работах мне ничего не известно. Картина, как я уже выше отметил, является совместным производством трех стран – Бельгии, Франции и Армении. Это факт, уже свершившийся. По сюжету (согласно материалам СМИ), аудитор Ален приезжает в Нагорный Карабах, чтобы оценить степанакертский (это важно!) аэропорт и дать зеленый свет для его эксплуатации. Тем временем по аэропорту бродит местный мальчик Эдгар. Мужчина и ребенок встречаются. Всё бы ничего, но есть одно немаловажное обстоятельство. Нет и никогда не было в нынешнем Ханкенди (именовавшемся во времена СССР областным центром Степанакерт) никакого «аэропорта». Аэропорт в Нагорно-Карабахской регионе Азербайджана - де-юре составной части страны, располагается в трагически известном … ХОДЖАЛЫ. Именно в этом городе в конце февраля 1992 года произошел акт массовой резни и этнической чистки азербайджанцев армянскими бандформированиями при участии 366-го полка бывшей советской армии.
Примечательно, что аннотация о «степанакертском аэропорте» подчёркивает многоходовую ПРОДУМАННОСТЬ этой идеологической акции, а по сути кино-провокации.
Теперь же остаётся только ожидать реакции пресс-службы МИД Азербайджана, которая скорее подсластит горькую пилюлю.
Р.S. Утешением является то, что Азербайджан в этом году в программе Каннского кинофестиваля представлен независимым кинематографом при поддержке ITV Азербайджана. Это лента азербайджанского кинорежиссера Теймура Гаджиева «Axşama doğru» («К вечеру»), включенная в конкурсную программу «Международная неделя кинокритики». Это произошло впервые за 59 лет существования конкурса, созданного Союзом французских кинокритиков.
Теймур Гаджиев как продюсер-режиссёр предпочитает проекты авторского независимого кино и принципиально не работает с Минкультом Азербайджана.
Пожелаем успеха нашему соотечественнику.
Написать отзыв