Последнее обновление

(3 часа назад)
Ilham and Mehriban Aliyevs

Ilham and Mehriban Aliyevs

***

Кризис 2015

В 2015 году после резкого падения мировых цен на нефть Азербайджан столкнулся с открытым финансовым кризисом, который после двух девальваций национальной валюты  перерос в экономический, общественно-политический  или если дать всему этому объединённый образ, то его можно охарактеризовать как системный кризис.  Этот кризис привел к росту антиправительственных настроений и политической активности общества. Одновременно наблюдался  кризис в отношениях Запад-Азербайджан, когда в результате разоблачений в рамках Панамских досье, Азербайджанской прачечной, Икорной дипломатии, была нейтрализована опорная внешнеполитическая защита официального Баку в лице продажных  западных политиков. Ведущая в регионе держава  - США, фактический гарант независимости и территориальной целостности Азербайджана,  все более открыто держит дистанцию  по отношению к режиму, и более последовательно настаивает на демократических переменах в стране.

Транзакция власти

Под давлением кризиса, роста протестных настроений и внешнего давления наблюдается нарушение устойчивости власти. В 2016 году Алиев объявляет референдум и вносит ряд поправок. Среди них введение  института  вице-президента, который не избирается всенародно, не утверждается  парламентом, а назначается президентом. Далее в феврале 2017 года президент  назначает свою супругу Мехрибан Алиеву Первым вице-президентом и тем самым возводит в ранг второго по статусу человека в государстве. С этого момента она вовлекается в открытую политику и оказывает заметное влияние на смену кадрового состава правительства, аппарата президента и парламента.

Фактически 56-летний президент, трижды избранный и неограниченный по конституции в последующих избраниях, добровольно стал готовиться к форс-мажорным обстоятельствам и  к контролируемой транзакции власти.

Интересно, что на постсоветском пространстве наблюдается схожая тенденция в ряде стран. Например, в Казахстане Нурсултан Назарбаев передал президентское кресло Касым-Жомарт Токаеву, но при этом остается главой Совета безопасности и сохраняет  влияние на политику, что обеспечивает плавный переход в постназарбаевский период. В России Владимир Путин идет на референдум с целью придания  Госсовету конституционного статуса, который будет неким смотрящим органом, который он собирается возглавить, передав президентское кресло своему избранному приемнику. В двух этих случаях власть передается не члену семьи, а члену команды.

В Азербайджане ситуация видимо более сложная с учетом наличия клановой, политической борьбы, чрезмерной концентрации власти и капитала в руках «семьи», что более обостряет недовольство всех остальных групп.

Схожий сценарий назревает в Туркменистане и Таджикистане, где президенты Имомали Рахмонов и  Гурбангулы Бердымухамедов готовят в приемники своих отпрысков. Под вопросом остается способ передачи власти в Беларуси. Президент Александр Лукашенко заявил, что  не собирается передавать президентское кресло одному из сыновей. Но кто станет его приемником, и какой вариант передачи власти он использует пока неизвестно.

Проблема заключается в том, что все эти перечисленные страны слишком затянули процесс транзакции из советского прошлого в демократическое будущее, что стало главной причиной их кризисного состояния. Растут протестные настроения, которые без реализации напрашивающихся реформ могут  привести к политическому коллапсу,  в связи с чем уход старых элит становится неизбежным.

Ряд стран уже пытаются преодолеть кризисный Рубикон. Грузия, Армения, Молдова, Украина, Киргизия - каждая  со своими особенностями уже формируют институты власти путем демократических выборов, постепенно укрепляют и развиваются в направлении становления свободных государств. В Узбекистане, реформы, в первую очередь экономические, проводятся по сингапурскому сценарию  - сверху железной волей президента Шовката Мирзиёева.

Не будем говорить о Прибалтике – она вернулась в лоно Западной Европы также быстро, как и ушла. Переход к демократии стран Балтии, при всех проблемах, обеспечил  им  устойчивость и стабильность.

Спешка

Название статьи «От февраля до ноября» было выбрано не случайно. Речь идет об отрезке времени, который  охватывает период от прошедших  9 февраля парламентских выборов  до   1 ноября, когда должны были состояться плановые парламентские выборы.

Что могло заставить власти идти на досрочные выборы? Думается не угроза усиления оппозиции к ноябрю, как утверждают многие. Как показали выборы 9 февраля оппозиция не была готова к экстренной мобилизации, чтобы вступить в бой с властью на этих выборах, что дает основание говорить, что она вряд ли была бы дееспособна мобилизоваться за последующие 6 месяцев. Вспомним, что эта дееспособность не проявлялась и в предыдущие выборы, включая президентские.

Все же главным катализатором настроений во власти и обществе следует считать кризис власти, стартовавший в 2015 году. С этого времени  мы наблюдали процесс ускорения принятия решений – 26 сентября  2016 года  срочный референдум,  21 февраля назначение Мехрибан Алиевой первым вице-президентом, 11 апреля 2018 года досрочные президентские выборы, 9 февраля 2020 года досрочные парламентские выборы, лето-осень 2019 года поэтапное смещение политических могикан в лице руководителя  президентской администрации Рамиза Мехтива, главы МВД Рамиля Усубова, помощника президента по общественно-политическим вопросам Али Гасанова и также быстрое формирование новой команды и нередко из неопытных  и малоискушенных в политике людей. Что также указывает на форс-мажерность решений. То есть, в наличии процесс ускорения, который вряд ли заканчивается выборами 9 февраля. Власть спешит. Значит, в промежутке между двумя датами должны произойти значимые события, которые должны будут заложить основу для последующих перемен в Азербайджане.

Очередной референдум

Как мы видим, процесс транзакции власти уже начался и для   поддержания ее устойчивости напрашивается необходимость проведения очередного референдума, который на примере Казахстана и России сформирует новую статусную госструктуру во главе с И.Алиевым, например, усиленный полномочиями, надзорный Совет безопасности. Вторым важным решением может быть переход на пропорциональную систему выборов или компромиссную пропорционально-мажоритарную, чтобы начать в рамках парламента осваивать новую культуру отношений власть-оппозиция и минимизировать вероятность площадной борьбы за власть, что имеет тенденцию к усилению. И наконец, проведение внеочередных президентских выборов, что окончательно оформит статус М.Алиевой в качестве президента новой администрации под наблюдением и содействием главы Совбеза.

Реформы

Итак, принимая во внимание общую тенденцию, характерную для всего постсоветского пространства и необходимость реформ в Азербайджане, вызванную внутренним и внешнеполитическим кризисами, мы можем предполагать, что в поствыборный период могут начаться реформы в общественно-политической сфере, которые заметно отстают от  экономических реформ. Хотя последние уже заявлены три года назад, но находятся в зачаточном состоянии, и  также требуют более радикальных действий и особенно в области прозрачности, монополий и коррупции.

Для выстраивания внутриполитического диалога власть должна будет в первую очередь    окончательно решить вопрос политзаключенных, на чем настаивают США и Евросоюз, включая такие институты как Совет Европы  и ОБСЕ. Без решения этого вопроса выйти на диалог не удастся.  Чтобы предотвратить  новую волну политзаключённых и окончательно закрыть эту тему, мало будет политической воли высшей власти. Гарантией окончательного решения вопроса может быть независимая  судебная система, включая институт независимой адвокатуры.

Есть основания ожидать  диалога с гражданским обществом, включая политические партии, НПО и СМИ. Острожные элементы  диалога были заметны поле выборов, на примере встречи заведующего отделом по связям с политическими партиями и законодательной властью Администрации Президента Азербайджана Адалята  Велиева  с оппозиционными деятелями  Панахом Гусейновым и Ильгаром Мамедовым, и применения мягкой силы полицией в отношении гражданских активистов на акциях протестов, связанных с выборами и защиты прав женщин.

Социально-экономическая нагрузка

Власти понимают необходимость перехода к более масштабным и реальным экономическим реформам. 2019 год запомнился стагнацией в экономике, монополизацией в бизнесе, несмотря на принятие ряда мер, включая налоговые льготы, расширение внутренних  инвестиций, повышение зарплат, списание задолженностей по кредитам некоторой категории граждан, пострадавших от девальвации, и одновременно поддержка снижение бремени невозвратных долгов для банков.

По итогам 2019  года доктор экономики Губад Ибадоглу отмечал: "Но на самом деле, хотя эти меры, предусматривающие позитивные изменения, и облегчили тяжесть проблем, накопленных в социальной сфере, они не смогли стать существенной поддержкой их основательному решению. Главной же причиной этого стал рост и безработицы, и инфляции в Азербайджане вопреки экономическим закономерностям. Так как из-за того, что расчеты Государственного комитета по статистике относительно обоих показателей искажают действительное положение вещей, проследить эту пропорциональность в официальных отчетах было невозможно, было очевидно, что за  последний год в Азербайджане условия жизни ухудшились по сравнению с ситуацией в соседних странах, эмиграция и утечка  мозгов за рубеж  выросли. Несмотря на повышение заработной платы в 2019 году, среднемесячная зарплата в Азербайджане все еще меньше, чем в странах, где стоимость потребительской корзины ниже, чем у нас.

С целью стимулирования  инвестиционной привлекательности,  в 2019 году были разработаны новый проект Закона «Об инвестиционной деятельности» и Стратегия поощрения прямых иностранных инвестиций, механизмы поощрения «Инвестировать в Азербайджан» (“İnvest  in Azerbaijan”) и «Первый в Азербайджане» (“First in Azerbaijan”), План мероприятий по подключению действующих в стране предприятий  к глобальным стоимостным цепочкам.

Однако, вопреки всему этому, в 2019 году привлечение прямых иностранных  инвестиций в национальную экономику было неудовлетворительным. Наряду с этим, в Отчете Всемирного банка «Ведение бизнеса» (“Doing Business”), считающимся надежным источником для оценки бизнес-среды, позиция Азербайджана ухудшилась  на 9 пунктов  относительно показателя  2018 года, и   страна занял 34-е место".

И так, как мы видим, ситуация в социально-экономической сфере требует куда более решительных и оперативных шагов правительства и особенно в первом полугодии года. Ко всему отмеченному выше добивалась форс-мажорная проблема коронавируса, давшая старт падению мировой экономики, цен на нефть, ограничению торговли, которые заметно ударили и по Азербайджану.

 Внешнеполитические компромиссы

В условиях необъявленной внешнеполитической блокады (в последние три года все решения Совета Европы, Европарламента с осуждением политики властей Азербайджана  принимались с бесспорным числом голосов) официальный Баку уже не способен нейтрализовать давление и фактически находится в изоляции при принятии решений по Азербайджану в европейских структурах. Поэтапно  ситуация ухудшалась и требует пересмотра стратегии.

Не случайно сразу же после выборов 9 февраля Евросоюз анонсировал предложение Азербайджану подписать откладываемое год за годом  двухстороннее соглашение о расширении партнерства  в июне этого года на саммите Восточного партнерства, что вполне реально. В пользу этого говорит факт введения режима  седьмой степени «открытого неба» для полетов иностранных авиакомпаний в Баку. Этот вопрос был одним из главных, препятствующих заключению соглашения ЕС-Азербайджан.

Наряду с ЕС следует ожидать шаги по нормализации отношений с США. Фактически слабая реакция США на недемократические  выборы в Азербайджане, которые выразили всего лишь сожаление,  можно рассматривать как приглашение к  исполнению  обязательств администрации Алиева. Такие обязательства могут предусматривать  начало  политико-экономических  реформ в поствыборный период с дальнейшим их развитием и углублением. Решение проблемы политзаключенных, подписание партнерского соглашения с ЕС и начало диалога с гражданским обществом  могут реально улучшить отношения США-Азербайджан, и вывести их на  уровень установившегося взаимопонимания, которое было достигнуто в ходе визитов Мехрибан Алиевой во Францию и Россию. При таком развитии событий мы можем стать свидетелями визита Алиевой в США, что завершит формирование треугольника баланса сил и создания благоприятного консенсуса  для грядущих демократических перемен в Азербайджане. 

P.S. Статья  написана  накануне 30%-го падения мировых цен на нефть  9  марта.

 

Написать отзыв

Аналитика

Sərhəddə gərginlik. Sülh danışıqları, yoxsa yenidən qarşıdurma? – Cəsur Məmmədov Çətin sualda



InvestPro Azerbaijan Baku & Turkiye Istanbul 2024 – two conferences in one shot


Əziz Bakı şəhəri sakini!

Siz də Qlobal İqlim Dəyişmələri ilə mübarizəyə öz töhfənizi verə bilərsiniz

Dear resident of Baku city!

You too can contribute to the fight against Global Climate Change

Дорогой житель города Баку!

Вы тоже можете внести свой вклад в борьбу с глобальным изменением климата

Следите за нами в социальных сетях

Лента новостей