Трамп установил 48-часовой срок для переговоров с Ираном, но перспективы заключения сделки выглядят туманными

В субботу Дональд Трамп заявил, что шансы на достижение соглашения с Ираном в последнюю минуту до истечения его 48-часового ультиматума невелики, даже несмотря на продолжающиеся косвенные контакты между двумя сторонами.

«Помните, когда я дал Ирану десять дней, чтобы заключить сделку или открыть Ормузский пролив? Время истекает — через 48 часов на них обрушится ад», — написал президент США в своей соцсети Truth.

В заявлении подчеркивается растущая напряженность в центре быстро обостряющегося конфликта, где дипломатия продолжает действовать в тени военного давления.

Президент Трамп потребовал от Ирана либо заключить сделку с Вашингтоном, либо вновь открыть Ормузский пролив для международного судоходства — важнейшей артерии для мировых поставок нефти. Невыполнение этого требования, предупредил он, повлечет за собой серьезные последствия, хотя и не уточнил точный характер и сроки возможных действий.

Несмотря на жесткий ультиматум, аналитики и дипломаты говорят, что вероятность достижения всеобъемлющего соглашения в столь узкие сроки остается низкой. Стороны расходятся во мнениях не только по существу, но и по позиции: Вашингтон настаивает на скорейших уступках, в то время как Тегеран публично отверг предложенные условия и настаивает на своих собственных.

Иранские официальные лица признали наличие косвенных обменов через посредников, включая Пакистан и Турцию, но отрицают, что ведутся официальные переговоры. В Тегеране лидеры рассматривают контроль над Ормузским проливом как стратегическую необходимость, от которой они не готовы отказаться без существенных уступок взамен.

Однако ситуация не совсем статична. В последние недели Трамп неоднократно продлевал сроки, установленные в связи с его требованиями, часто ссылаясь на «продуктивные переговоры» в качестве оправдания. Некоторым наблюдателям эта тенденция предполагает, что ультиматум может функционировать как инструмент принудительной дипломатии — предназначенный не столько для немедленных военных действий, сколько для постепенного выдвижения предложений от Ирана.

Тем не менее, общая ситуация стала более нестабильной. Американские и союзные войска продолжают наносить удары по иранским целям, в то время как Иран отвечает атаками по всему региону. Каждый обмен ударами сужает пространство для компромисса, повышая риск того, что дальнейшая судьба будет зависеть от просчета, а не от обдуманного решения.

Эксперты говорят, что в ближайшей перспективе наиболее вероятные исходы ограничены: частичное взаимопонимание, дальнейшее продление сроков или, если переговоры полностью провалятся, спланированный военный удар, призванный продемонстрировать решимость, не разжигая при этом более масштабную войну.

В центре всего этого остается Ормузский пролив, через который проходит значительная часть мировых поставок нефти. Перебои в его работе уже привели к росту цен на энергоносители и потрясли мировые рынки, усилив напряжение в противостоянии, которое выходит далеко за рамки Вашингтона и Тегерана.

Иран публично не отреагировал на последние заявления Трампа. На данный момент отсчет времени, который он сам же и запустил, продолжается, хотя дальнейший путь остается неопределенным.