Последнее обновление

(1 час назад)
Публичный дневник (21)

Продолжаю делиться с читателями портала некоторыми извлечениями из моего «публичного дневника», который начал вести с первых дней марта, когда вести о корона вирусе становились все тревожнее и тревожнее.

Как всегда, думаю о нас с вами до корона вируса и о нашем возможном будущем, после корона вируса.

 

13 июня

Случается, читаю умную книгу, спотыкаюсь на какой-то мысли, забыв о книге, начинаю думать о своем.

Читал «Доктора Живаго» Бориса Пастернака, зацепили такие слова:

«...если бы дремлющего в человеке зверя можно было бы остановить угрозою, все равно, каталажки или загробного воздаяния, высшей эмблемой человечества был бы цирковой укротитель с хлыстом, а не жертвующий собою проповедник. Но в том-то и дело, что человека столетиями поднимала над животным и уносила ввысь не палка, а музыка».

Задумался, к «проповеднику» можно добавить ученого или философа, к «музыке» умную книгу или умный фильм, но что можно добавить к «цирковому укротителю с хлыстом»? Буквально про нас, про события «7 июня», про нашу реакцию на эти события.

Мне кажется перебором ход событий, которые продолжают потрясать США после убийства полицейским Джорджа Флойда: и турне с золотым гробом, и вандализм протестующих, и 13 миллионов долларов, собранные в помощь семьи убитого, и, на мой взгляд, самое кощунственное, уподобление Джорджа Флойда Мартину Лютеру Кингу.

Не настолько безумен, чтобы наставлять народ США, им видней, перебор так перебор, они не хотят замалчивать, они многое сделали, чтобы афроамериканцы получили равные права с белыми, но, как показало убийство Джорджа Флойда, предстоит им сделать еще больше, поэтому они не молчат, поэтому продолжаются многочисленные марши по всей стране.

Но, на мой взгляд, они добились главного, пусть в них, как и во всех людях нашей планеты, дремлет зверь, они не позволяют, чтобы над ними, какой бы не был цвет их кожи, властвовал «цирковой укротитель с хлыстом».

А мы, увы, пока не сумели этого добиться.

Конечно, многое меняется и у нас, и события «7 июня» позволяют говорить и об этом.

Если судить хотя бы по социальным сетям, многих возмутило то, что произошло, они сочли себя лично оскорбленными.

Резкое неприятие происшедшего высказали даже такие люди, которые всегда отличались сдержанностью.

Вновь заявил о себе Гияс Ибрагимов, который позволил себе даже пошутить: «мне как безработному в условиях карантина дали 380 манат, теперь решили штрафами отобрать». Не сомневаюсь, многие молодые люди запомнили его поступок, и, хотя бы мысленно стали чуть смелее.

Но как добиться того, чтобы преодолеть философию «циркового укротителя с хлыстом», причем не только с позиций власти, но и со стороны общества?

Как добиться того, чтобы полицейский не только с чинами, но и рядовой полицейский, были элементарно юридически грамотными, и руководствовались правом, а не атавистическим «главное, кнут».

Как добиться того, чтобы и мы, рядовые граждане, в своих взаимоотношениях с полицейскими сохраняли достоинство, а это возможно только в том случае, если мы будем знать свои права и будем уметь их защищать.

Как сделать так, чтобы наши протесты были не истерическими и не неврастеническими, что только усиливает нашу депрессию, и, в конечном счете, нашу социальную беспомощность.

Только в этом случае, мы не будем с непонятной мне лакейской услужливостью, раскрывать перед полицейским в метро свои сумки

... прошли десятилетия (?!), никто не может объяснить, для чего эти полицейские в метро, от кого они нас защищают, почему они проверяют большие сумки, а не, скажем, наши карманы, каков их статус, каковы их полномочия, и почему мы с вами, ведем себя, как лакеи ...

Как добиться того, чтобы в обществе существовали авторитетные организации, которые выражали наше мнение и были настолько авторитетными, чтобы с ними считалась власть.

Как добиться того, чтобы наши «авторитетные» люди, осознавали себя не как придаток власти, а свою ангажированность обществом, чтобы их независимость подкреплялась чувством достоинства, а чувство достоинство подпитывало их независимость. Чтобы они не позволяли себе молчать, когда молчать непозволительно.

Как добиться того, что события «7 июня» стали частью нашей исторической памяти, чтобы у нас были институты этой памяти, подобно тому, как история с Джорджем Флойдом, уже стала фактом Википедии, точно также, как и история с чернокожим Майклом Брауном, застреленным белым полицейским в августе 2014 года, стала фактом Википедии.

Не будем обвинять людей, нормальные люди склонны забывать, в этом их сила, а не слабость, поэтому люди ведут «Дневник», а у общества находятся свои формы «Дневника», «Википедия» один из подобных «Дневников».

Возможно, кто-то упрекнет меня в капитулянтстве, если скажу, считаю за благо, что какими бы болезненными не оказались события «7 июня», и власть, и общество, не перешли «рубикон» как точку невозврата, после чего разрушительный сценарий мог бы стать необратимым.

Мы, граждане, каковы бы не были наши ресурсы, и политические, и социальные, и информационные (а в советские времена, мы только мечтали о таких возможностях, которыми владеем сегодня), должны настойчиво требовать от власти, чтобы она высказала свое отношение к событиям «7 июня», не отчаиваясь от малости наших ресурсов.

А власть должна задуматься над реакцией своих граждан, над их глубоким отчуждением от власти как института. Сегодня «рубикон не пройден, но если он будет пройден, мы можем оказаться в условиях, если не «горячей», то «холодной» гражданской войны.

Пока не поздно ...

 

15 июня.

Вчера и позавчера с помощью Интернета разговаривал с внуками (один учится с Испании, другой в США).

Родители вынуждены с ними больше говорить о делах, это естественно, каждодневные заботы часть нашей жизни, игнорировать их невозможно, главное, чтобы к ним не сводилась наша жизнь.

Главное, что неизбежные заботы не сгибали нас настолько, что не оставалось времени взглянуть на звездное небо и заглянуть в себя, чтобы обнаружить там нравственный закон.

Говорил внукам о том, что мир сегодня может показаться более безумным, чем когда-либо в прошлом.

«Восстание масс» обрело реальную силу и продолжает набирать силу, разрушаются памятники, поскольку «масса» позволяет себе выносить «приговор» истории, как всегда в подобных случаях, «масса» позволяет себе грабить и мародерствовать, как всегда в подобных случаях, «масса» не отдает себе отчет, что ею искусно манипулируют.

При всем при том, любой здравомыслящий человек понимает, «безумие» это, рано или поздно, начнет спадать. «Безумие» 1917 года в России, невозможно уже и в самой России.

Внукам пытался объяснить следующее,

... давно, практически начиная с подросткового возраста, предложил внукам такую формулу «слушать меня обязательно, слушаться не обязательно», вот и сейчас, могу сказать, они меня слушали, услышали или не услышали, судить мне трудно ...

 «безумие» пронизывает всю мировую историю.

«Безумия» предостаточно в любимой мной Древней Греции, «безумия» с избытком в Древнем Риме, «безумным» был «титанический человек» Возрождения, апофеозом «безумия» были две мировые войны ХХ века (стремительный «прогресс» от первой газовой атаки до первой атомной бомбы).

Но самое удивительное не само это «безумие», а то, что ему противостояло, что выглядело слабым, наивным, «Давид», который во сто раз слабее, против «Голиафа», который во сто раз сильнее, самое удивительное, что такой «Давид», в конце концов, одолевал, такого «Голиафа».

Возьмем в качестве примера историю Древнего Рима, «публичная кровь» не только на поле боя, а на арене, «публичная кровь» как эстетика, как наслаждение, «безумие» огранили как ограняют драгоценный камень и передали как эстафету новым временам. Пишу эти строки в июне, а следующим месяцем будет июль, а потом август, названные в честь римских властителей, коварство которых подпитывало из жестокость, а жестокость подпитывала их коварство. Хорошо, что мы не переименовываем названия этих месяцев, не разрушаем памятники, с «безумием» невозможно бороться «безумными» методами.

Но во времена Древнего Рима «безумию» противостояла, во-первых, философия стоицизм, а одним из самых убежденных последователей этой философии, стал римский император Марк Аврелий.

Во- вторых, «безумию» Древнего Рима противостояла такая фигура как Иисус Христов и новая философия жизни

... буквально противо-стояла, встала напротив политической, военной, социальной, психологической мощи, фигура «плотника из Назарета», противо-стояла не «безумием» на «безумием», не мощью на мощь, силой духа, силой сострадания не только к униженным и падшим, но и состраданием к самим правителям Древнего Рима, которые «не ведают, что творят» ...

То, что я хотел сказать своим внукам, что хотел бы, чтобы они «услышали» сводилось к следующему.

«Безумие» так и бросается в глаза, заслоняет все остальное, хочется обсуждать его вместе с всеми, хочется удивляться человеческом глупости, разводить от возмущения руками, ничего страшного, все мы люди, порой хочется просто посплетничать, вытеснить через «сплетни» наше отношение к этому «безумству» мира, но ...

Как вчера, так и сегодня, как сегодня, так и завтра, человечество найдет силы, чтобы противостоять этому «безумству». Это будут и стоики, и Марк Аврелий, и Иисус Христос, и Чжуан-цзы, и Руми, и Лютер Кинг, сотни, тысячи других, менее известных, имена многих из них остались неизвестными, им не воздвигали памятники, их имена не увековечивали в названии месяцев, но они помогали противостоять «безумию», они укрепляли нас в убеждении, что «безумие» только кажется всесильным, что оно никогда не сможет взять верх. Они, такие люди были, они есть, они будут.

Я хотел бы завещать своим внукам оказаться в рядах тех, кто противостоял и всегда будет противостоять (стоять напротив) безумию, в том числе «безумию масс».

Я хотел им сказать, что «безумие», когда оно набирает стихийную силу, может показаться всесильным, противостоять ему невозможно, растопчет, уничтожит.

Но это не совсем так, хотя, в иных случаях, лучше соблюдать осторожность и не пытаться образумить бушующую толпу.

Я хотел им сказать, что «безумию» не следует противопоставлять фанатизм, во всех случаях, противопоставлять следует только разум.

Именно разум подскажет, что находится в нашей власти, а что нет, разум подскажет, что «безумная толпа» не из одних безумцев состоит и в другим обстоятельствах эти люди могут оказаться вполне вменяемыми, только разум подскажет, как управлять собственным «безумием» в случае гнева и раздражения.

Главное, не поддаваться на обобщения, когда кто-то рядом с вами, скажет «все они такие», в зависимости от ситуации, «всеми» могут быть чернокожие, женщины, мусульмане, иудеи, в зависимости от ситуации, каждый из нас может оказаться среди этих «всех».

Я хотел сказать своим внукам, что как это не парадоксально, противостоять «безумию», хотя бы мысленно, единственный способ узнать «самих себя», найти смысл своей жизни

Мужество узнать самих себя синонимично мужеству противостоять «безумию» этого мира.

 

22 июня 2020 г.

Признаюсь, тема «Карабаха» самая трудная для меня, приходиться взвешивать каждое слово, да и в этом случае избежать нападок, практически невозможно.

Понимаю, за 30 лет безуспешных попыток решить Карабахскую проблему, в массовом сознании накопилась агрессия с одной стороны, комплексы с другой, одно подпитывает другое, в этих условиях думать труднее, чем нападать, признаваться труднее, чем обвинять, и с этим приходиться считаться.

Понимал и другое, если за 30 лет наша риторика совершенно не поменялась, если мы слышим только самих себя, то может быть пора задуматься над тем, почему наша риторика столь неэффективна, может быть необходимо внести в нее коррективы, и об этом следует сказать во всеуслышание.

Понимал и другое, если за 30 лет, милитаристская идеология («все должны сплотиться вокруг сильной армии», «мы должны забыть о своих внутренних распрях, пока не победим врага») выявила свою нереалистичность, как внутри страны, так и вовне, то и об этом следует сказать во всеуслышание.

В 2002 году напечатал небольшую статью «Неврастенический синдром», где обращал внимание на следующее. Есть три здоровых стратегий решения любого конфликта: победить, проиграть, договориться. И есть нездоровая стратегия, которую я назвал «неврастенический синдром», когда вы тратите все силы только на то, чтобы доказать всему миру, что ваш соперник (назовите его противников, врагом, принципиальной разницы нет) неправ, а вы правы. На эту «стратегию» работают наши историки, по этой «стратегии» пишутся наши учебники для школьников, на этой «стратегии» строится наша пропаганда, мы так увлечены этой «стратегией», что не замечаем, как постепенно, сами себя в нее замуровываем.

 Реакция общества на поступок офицера Сафарова. позволила убедиться в том, что «неврастения» не только исключает такие нравственные категории как «благородство» и «достоинство», но и исключает элементарный прагматизм. Мы до сих пор не отдаем себе отчет, что подобный «неврастенический героизм» нанес огромный урон Карабахскому урегулированию.

... Не могу забыть один из комментариев на мою «Точку зрения» о поступке Сафарова, с призывом «казнить меня», не возмутился, только подумал, мы продолжаем зомбировать наше население, прежде всего молодежь, выдавая «неврастению» и просто «бытовую истерию» за высокий героизм ...

Отброшу известный вопрос «что делать?», он был сложен тридцать лет тому назад, он намного сложнее сегодня, после завалов этих тридцати лет, ссужу его до ограничений: «чего не следует делать».

Нередко ложные установки мешают четкому различению того, что находится в нашей власти и что находиться вне нашей власти, а без этого любой наш поступок, любое наше действие будет вязнуть в «болоте неврастении».

Первое.

Об этом писал и десять, и двадцать лет тому назад, а «воз и ныне там»: мы должны сказать ясно и недвусмысленно, мы не ведем этническую войну.

Мы не должны пытаться выкорчевать из нашей истории и нашей культуры «армянский компонент», мы должны отказаться от мифа о наших исторических врагах во все времена, мы должны понять какими «дремучими» мы выглядим, когда, в угоду массовому сознанию (которое сами же зомбировали) подвергаем рентгену, происхождение любого художника, музыканта, ученого, который приезжает в нашу страну.

Мы не должны считать, что миссия наших историков (патриотическая?) заключается в том, чтобы снабдить наших политиков «убедительными аргументами» нашего исторического доминирования.

Мы обрекаем наших политиков на постоянное «перетягивание канатов», которые все туже затягивают узлы конфликта, распутать которые становится все труднее и труднее.

При этом мы говорим о «высокой автономии» для населения этой «автономии», независимо от их этнической принадлежности, не понимая, как нелепо мы выглядим со стороны. Кого мы обманываем, других, сами себя?

Умные конфликтологи давно предупреждают, когда речь идет о спорных территориях, попробуйте говорить о не о территориях, а о населении этих территорий, может быть и нам следует прислушаться к этим доводам, чтобы начать думать.

Мы говорим о «высокой автономии», не разъясняя насколько сможем смириться с подобной автономией (скажем, приемлема ли для нас «аландская модель» с невероятно высокой автономией, которая трудно применима в наших условиях).

Мы говорим о «высокой автономии», но не задумываемся на шаг вперед (предположим, как доказательство от противного, чтобы прояснить для себя ситуацию), как мы себе представляем реальное взаимодействие этой «автономии», не только с соседними регионами, но и со столицей страны, как мы представляем себе ситуацию, когда жители этой «автономии» смогут спокойно приезжать и уезжать в столицу страны.

Мы не задумываемся над тем, что зачастую предложения о «высокой автономии» противоречат нашим словам и нашим поступкам.

Один небольшой пример. Буквально на прошлой неделе, на нашем бульваре (так старые бакинцы, я в том числе, привыкли называть наш Национальный парк) увидел любопытную фотовыставку, представителей различных этносов, населяющих нашу страну. Фотовыставка, как не трудно догадаться, должна была продемонстрировать нашу толерантность и нашу мультикультуральность.

Кого только нет на этой выставке, и азербайджанцы, и русские, и молокане, и грузины, и удины, и таты, и кумыки, и лезгины (возможно, кого-то забыл). Там нет только «армян», т.е. тех, кому мы собираемся дать «высокую автономию» как составной части нашей страны и заявляем об этом всему миру.

Объективности ради, должен признать, что у нас есть люди, организации, информационные агентства, которые действуют вопреки этой «пропагандистской машины». Отдаю им должное, но это тот самый случай, когда исключения только подчеркивают правила.

Второе.

Мы часто говорим о дилемме «война или мир?», на мой взгляд, дилемме ложной, поскольку мы не проговариваем как в современном мире возможны и что могут дать военные действия, и что мы имеем в виду, когда говорим о мире.

На мой взгляд, формула «война или мир?» должна быть заменена формулой «и война, и мир» (почти как в романе Льва Толстого), которые должны подпитывать друг друга, и не могут существовать в отрыве друг от друга.

Что я имею в виду под «войной» и что под «миром»?

Под «войной» я прежде всего имею в виду «армию», которая и должна продемонстрировать насколько мы в состоянии стать «дисциплинарной нацией» (в том смысле, в каком я говорил о «дисциплинарности» в тексте от 20 июня, в том смысле, в котором «дисциплинарность» стала отличительным признаком европейского развития).

Армия должна продемонстрировать наши возможности стать «дисциплинарной» страной», армия должна стать выражением нашей национальной ангажированности (не в этническом, а в политическом смысле), армия должна стать общественным институтом, в котором «дисциплинируются» наши юноши (а завтра, может быть, и девушки).

Армия должна стать максимально открытой нашему обществу, не в плане контроля (не будем игнорировать эту функцию), а в плане постоянного взаимодействия с обществом, как своей наиболее «дисциплинарной частью».

Следовало бы стремиться к тому, чтобы наши офицеры были высококультурными людьми, не только в военном, но и в общегуманитарном смысле.

Что касается «мира», то я имею в виду полную легализацию со стороны нашей власти не только миротворчества, но и всего спектра взаимодействия двух обществ, которые должны стремиться к восстановлению взаимного доверия между нашими народами

 Элиты двух народов должны доказать свою жизнеспособность в умении слушать и слышать друга, а это возможно только в том случае, если они продемонстрируют свою независимость как от власти, так и от массового сознания.

Перефразировав известное выражение «худой мир лучше доброй войны», я бы сказал взаимодействие живых людей, даже если они не всегда понимают друг друга, даже если они обрушивают друг на друга обвинения, лучше их разделенности «мертвой зоной», которая рождает фантомы, пожирающие нас изнутри.

Можно говорить о «третьем», «четвертом», «десятом», но начинать придется с этих «двух».


Публичный дневник (22)

Публичный дневник (20)

Публичный дневник (19)

Публичный дневник (18)

Публичный дневник (17)

Публичный дневник (16)

Публичный дневник (15)

Публичный дневник (14)

Публичный дневник (13)

Публичный дневник (12)

Публичный дневник (11)

Публичный дневник (10)

Публичный дневник (9, продолжение)

Публичный дневник (9, начало)

Восьмая часть

Седьмая часть

Шестая часть

Пятая часть

Четвертая часть

Третья часть

Вторая часть

Первая часть


Написать отзыв

Прошу слова

İran Prezidentinin həlak olduğu hadisə Azərbaycan- İran münasibətlərinə təsir edə bilərmi? – Nəsimi Məmmədli Çətin sualda



Следите за нами в социальных сетях

Лента новостей