Последнее обновление

(24 минуты назад)
Публичный дневник (8)

Продолжаю делиться с читателями портала некоторыми извлечениями из моего «публичного дневника», который начал вести с первых дней марта, когда вести о корона вирусе становились все тревожнее и тревожнее.

Как всегда, думаю о нас с вами до корона вируса и о нашем возможном будущем, после корона вируса.

А сегодня, к этим традиционным темам, прибавилась непростая тема «9 мая», как «праздника Победы».

 

11 апреля

Если не поддаваться депрессивным настроениям, то следует признать, что в карантине есть свои преимущества. Возможно самое главное, если спешка главный бич современной урбанистической жизни, то карантин позволяет избегать суеты, жить неторопливо, спокойно, читать, слушать, размышлять, думать.

Читая, думая, вновь убеждаюсь в том, о чем давно известно, слова, понятия, от эпохи к эпохе, меняют свой смысл, совершенно не похожий на исходное этимологическое значение.

Читая, думая, вновь убеждаюсь, что все наши понятия, например, такие, как история, нация, прошлое, реальность, мужчина, женщина, можно продолжать и продолжать, которые кажутся само собой разумеющимися, и обсуждать нечего, на самом деле наши конструкции, и будучи конструкциями, меняют свой смысл от эпохи к эпохе.

Кажется, и спорить не о чем, все это давно установившиеся в науке, и, шире, в интеллектуальном сознании, представления, не соглашаться с ними сегодня кажется откровенным невежеством, но об этом приходится говорить, потому что у нас, на разных уровнях, мир воспринимается как изначально данный, который мы познаем «со стороны». Одним словом, мужчина - это мужчина, женщина - это женщина, а нация – это нация, точка.

Может показаться, что это внутринаучные проблемы, к реальной жизни они не имеют отношения, но на самом деле это не так. Они оказывают самое непосредственное влияние на политику с одной стороны, на нравы с другой, на общественные отношения с одной стороны, на семейные отношения с другой.

Рассмотрим эти проблемы, на примере понятия «нация».

Оставлю теории нации компетентным специалистам, ограничусь отдельными, во многом разрозненными, «фактами» (не будем отвлекаться на то, что такое «факт»), которые удалось обнаружить, во время карантина, во время своих разысканий в Интернете, чтобы прояснить свою мысль.

Само слово «нация» происходит от латинского термина Natio, т.е. восходит к Древнему Риму. Выясняется, что в Древнем Риме Natio использовалось для обозначения представителей всех групп, помимо граждан.

В Средние века, в Сорбонне, под национальностью подразумевалась всего-навсего студенческая корпорация, т.е. ничего этнического под национальностью не подразумевалось.

В XVIII веке польского короля выбирает народ польский. Кажется, все ясно, но не будет торопиться. Дело в том, что под «польским народом» имелась в виду–шляхта: привилегированное сословие. Остальные попросту не входили в понятие «польский народ».

Аббат Сийес, один из лидеров общественного влияния во Франции в период после Великой Французской революции, пишет брошюру «Что такое третье сословие?», где ставит такой вопрос: «Что такое третье сословие?» и отвечает очень категорично: «Все». Разумеется, во «все» не входят дворянство и духовенства (королевский двор успели уничтожить), не входят крестьяне, и прочие.

Оставим прошлое, перейдем к более близким к нам временам.

Под ООН, Организацией Объединенных Наций, понимаются «национальные государства», не более того. Это все знают.

Завершаю свой небольшой экскурс двумя цитатами из статьи «Европейское национальное государство: его достижения и пределы. О прошлом и будущем суверенитета и гражданства», написанной самым крупным из ныне здравствующих западных философов Юргеном Хабермасом:

«Демократическое преобразование Adelsnation, нации знати, в Volksnation, нацию народа, предполагало глубокие изменения в ментальности населения в целом. Начало этому процессу положила работа ученых и интеллектуалов.»

«В самосознании национального государства присутствует напряженность между всеобщим характером эгалитарного юридического сообщества и особенным характером культурной общности людей, связанных одинаковым происхождением и судьбой.

Эта напряженность может быть снята при условии, что в ряду конституционных принципов прав человека и демократии приоритет будет принадлежать космополитическому пониманию нации как нации граждан, а не этноцентричной трактовке нации как дополитического единства».

Обращаю внимание на слова «работа ученых и интеллектуалов» и «космополитическому пониманию нации».

Не знаю, переведена ли эта статья Ю. Хабермаса на азербайджанский язык и, если не переведена, приходиться только сожалеть.

Вы вновь скажите, это специальные научные вопросы, ими должны заниматься специалисты. Не спорю, но это как раз тот самый случай, когда научные вопросы самым непосредственным образом влияют на наши школьные учебники, на наше общественное сознание, на наше понимание собственного места в цивилизованном мире, и многое другое.

В самом деле, что мы понимаем, когда употребляем слово «нация» (“millət”)?

Как «автохтонную» линию, идущую то ли от племен, оставивших Кобустанские рисунки, или от Азыхской пещеры, линию, идущую непрерывно, фактически никак не реагируя на события мировой истории на протяжении последних пяти тысяч лет?

… А на нашем сленге “millət” просто то или иное скопление людей …

Надо ли именно таким образом отвечать на фальсификации недружелюбного соседа?

Стоит ли называть это патриотизмом и помогает ли это нам войти в мировое цивилизованное сообщество или, напротив, только мешает?

И другой вопрос, который выход за границы понимания «нации» и «национальной истории».

Миф о «единстве власти и народа» или, скажу еще конкретнее, миф о «единстве президента и народа» не просто неверен, он разрушителен (и можно только обрадоваться, что он не соответствует действительности).

Миф этот был разрушителен вчера, но на него можно было не обращать внимания (высокая цена на нефть сглаживала многие «мины замедленного действия»), завтра после сегодняшней пандемии, эти «мины» начнут взрываться, если их, вовремя, не обезвредить.

Политическое единство нации, как нации граждан означает, что в сознании людей государство и власть не должны отождествляться, это, кроме всего прочего, обезличивает каждого из нас.

Политическое единство нации, как нации граждан означает, что каждый должен заниматься своим делом, президент своим, министр своим, ученый, своим, бизнесмен своим, художник своим, а не мифическим «общим делом».

Политическое единство нации, как нации граждан означает, что у различных групп могут быть (и должны быть) свои интересы, они могут не совпадать (они не могут совпадать), но они регулируются правовыми институтами, а не лояльностью и личной преданностью.

Власть должна (даже обязана) кооперировать в свои ряды тех интеллектуалов, которые кроме компетенции, обладают темпераментом публичных политиков. Но для многих (большинства) интеллектуалов это должно быть неприемлемо, свой рабочий кабинет для них должен быть более естественной средой обитания, чем кабинет руководителя.

Вопрос в другом, эти люди, отказавшиеся идти во власть, не должны становиться маргиналами, их финансовое положение и социальный статус, не должны значительно отличаться от статуса и финансового положения, правительственных чиновников.

Обо всем этом приходиться говорить, поскольку мы должны понимать какую груду завалов придется разгребать всем нам в пост пандемический период, чтобы нас не потряс глубокий внутренний кризис, уже далеко не медицинский.

На этом поставлю точку, хотя многое осталось недоговоренным.

 

 

12 апреля

Вчера пришлось участвовать в виртуальной конференции, посвященной вызовам для Азербайджана и мира в целом, связанным с корона вирусом.

Конференция в целом, выступления экспертов (я был одним из приглашенных экспертов), других участников, присоединившихся к нам с помощью Интернета (их оказалось так много, что не всем удалось выступить), позволили мне сделать следующие выводы

Если коротко (и формульно) они сводятся к тому, что если наше общество не найдет в себе силы для интенсивного интеллектуального и эмоционального развития, иначе говоря для развития культуры мысли и культуры чувств, вновь и вновь будут возвращаться рецидивы атавистического сознания.

Об этом, частично приходилось говорить и раньше, повторю вновь.

Первое.

Из советского периода мы вышли массовым (гомогенным) обществом, в котором, условно говоря, ментальность «профессора» практически не отличалась от ментальности «парикмахера».

Так уж случилось, что вчера смотрел очередную серию английского сериала «Корона», в которой королева жалуется, что не получила необходимого образования, а ей объясняют, что в Англии сложилось деление на деятельную форму жизни и на благородную форму жизни, и ее образование было достаточным для «благородной формы жизни».

Попутно вспомнил, что французская аристократия начала XVIII века была убеждена, что их образование должно сводиться к тому, что позволит сохранить нравы представителей «голубой крови» (если не ошибаюсь, они составляли не более 0,5% процентов населения), а для этого «география и математика» не нужны.

Хотел бы, чтобы меня поняли правильно, я акцентирую внимание не на том, что «избранным» не нужно образование, а на важности существования этих «избранных», как хранителей «благородной формы жизни».

Я акцентирую внимание на том, что «благородная форма жизни» (прежде всего, чувство внутреннего достоинства, которое не имеет прагматического обоснования) может концентрироваться только в небольших средах, и уже от них, волнами распространяться на все общество.

Я акцентирую внимание на том, что деление нашего общества, отчасти навязываемое идеологией, отчасти стихийное, с одной стороны на власть и народ, с другой стороны нелегитимных богатых и столь же нелегитимных бедных, фактически исключает «благородную форму жизни», со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Что можно сделать в наших условиях (разумеется, после короны вируса), понимая, что не монархию, и не аристократию, искусственно создать невозможно.

Единственное, что можно предложить (необходимое, но не достаточное условие): позволить обществу самонастраиваться, а это – увы, от этого никуда не деться - требует начать с серьезных политических реформ.

И только тогда, рано или поздно, кто-то предпочтет «благородную форму жизни», и такие люди составят пусть количественно небольшую, но значимую для всех социальную группу, которая будет слышна и видима всеми.

А пока, приходиться только удивляться, мягко говоря, недальновидности властей. Вчера узнал, что в Комитет по преодолению последствий короны вируса (точно не помню, как называется этот «комитет»), от имени «общественности» включены лица, не просто десятилетиями (?!) демонстрирующие свою лояльность властям, но и которые полностью игнорируют социальные сети, т.е. фактически давно потерявшие связи с «общественностью». Хотя достаточно было просто посмотреть (и посчитать), кто является лидером общественного влияния в социальных сетях, или почитать мнение независимых экспертов на портале «Турана», и обрадоваться (признаюсь меня это очень радует) тому, что у нас столько (пусть не процентно, количественно) умных и, главное, независимых людей, которых и следовало пригласить в этот комитет от имени общественности.

Второе.

Одно из проявлений массового общества – массовое образование.

Скажу откровенно, на мой взгляд, массовое образование одно из главных препятствий нашего развития. Массовое образование привело к девальвации понятия «образованный человек», массовое образование привело к появлению огромного количества недообразованных людей (не путать с необразованными людьми), которые страшно агрессивны, поскольку прочли одну книгу, а думают, что десять, которые не способны осознать «границы своего незнания» (осознание этих границ отличает образованного человека), которые начисто лишены критического мышления, и которые не в силах понять, что означает «мужество мыслить».

Именно эти люди питательная среда для различных сенсационных утверждений, которыми пестрит Интернет (не собираюсь обвинять Интернет, великое открытие образованного человека), вроде такого сенсационного утверждения, что «найдено убедительное подтверждение азербайджанского происхождения викингов».

На прошедшей вчера конференции можно было наблюдать, какое количество людей рвутся выступать, чтобы их видели, чтобы их слушали, не понимая, что, по существу, им нечего сказать.

Можно было наблюдать и другое, люди, считающие себя «учеными», убеждены, что они знают, как изменить человечество к лучшему (бедное человечество), не понимая, что существует прямая пропорциональность между грандиозностью предлагаемых утопических идей и уровнем невежества (гении, всегда исключение).

Знаменитый русский вопрос «что делать?», я бы сформулировал так, «с чего нам следует начать?».

Понимаю, мои предложения вызовут оторопь, мы достигли таких образовательных «высот», а теперь, предлагаю, едва ли не в XIX век?

Да я убежден, что бывает такие моменты ложного, иллюзорного «развития», когда необходимо сделать не два шага назад, а много больше, десять, сто.

Для начала обязательное школьное образования я бы сузил до начального (считайте меня безумцем).

Резко сократил бы количество Вузов, оставив только те, которые способны готовить специалистов, в которых нуждается общество, и которые действительно способны готовить таких специалистов.

И самое главное, провел бы конкурс для создания одного, двух новых независимых университетов, независимых прежде всего от самой власти, чтобы все педагоги в таком университете, работали на основе контрактов на один, два учебных года, чтобы там могли преподавать иностранные специалисты, на той же контрактной основе, чтобы конкурс осуществляли действительно независимые люди, а не назначенные властью от имени «общественности».

Можете считать все это безумными фантазиями старого человека, который оказался в условиях карантина.

 

10 мая

Вчера, 9 мая, исполнилось 75 лет со дня победы над гитлеровской Германией.

За годы независимости мы пережили два полярных отношения к этому дню.

Сначала отменили как «праздник», сказали категорическое «нет».

Потом восстановили как «праздник», сказали категорическое «да»

Как мы должны относиться к этому «празднику» сегодня, через 75 лет после окончания войны?

Вопрос не простой, не следует считать, что он окончательно решен, рано или поздно придется признать, что категорическое «да», столь же неприемлемо, как категорическое «нет».

Вчера на «Фейсбуке» многие поместили фотографии своих отцов и дедов в советской военной форме, и мы должны с уважением относиться и к памяти об этих людях, и, возможно в большей степени, к памяти о них, которую хранят их дети и внуки. Поэтому не следует торопиться с отменой этого праздника.

Но если не 9 мая, то в другие дни, нам придется признать, если мы считаем, что невозможно сказать категорическое «да» советскому периоду нашего развития, то мы должны признать и то, что мы (речь идет только о нас, современных азербайджанцев) не можем, безо всякого обсуждения назвать эту войну для нас «Отечественной», считая, что этот вопрос окончательно решен.

В этой связи хочется отдать должное агентству «Туран», которое в своей вчерашней статье, в связи с 9 мая, отметило, не только тех азербайджанцев, которые воевали на стороне СССР, но и тех азербайджанцев, которые воевали на стороне Германии. Приведу некоторые цифры из этой статьи.

При населении 3,4 млн. человек (1941) на советский фронт ушло 681 тысяча человек (из них более 10 тысяч женщины), т.е. каждый пятый населения Советского Азербайджана, 250 тысяч их них погибли.

Напомню, что в Азербайджане была сформирована 416 Таганрогская дивизия, в честь воинов которой сооружен «Мемориал славы на Самбекских высотах» (скульптор Э. Шамилов, имя которого, к сожалению, у нас забыто)

В то же время на стороне Германии воевали 38 тысяч азербайджанских солдат и офицеров, мы не знаем, сколько из них погибло, и каковы оказались судьбы тех, кто остался жив.

У нас нет оснований называть их предателями, поскольку они воевали не только за победу Германии, но и за будущую независимость Азербайджана. Понимаю, не все со мной согласятся, скажут, что Гитлер и его приспешники, как раз отбирали независимость у стран и народов, но давайте хотя бы задумаемся над цифрой «38 тысяч человек».

 У нас нет оснований называть предателем такую личность как Або Дудангинский, который был не только блестящим советским офицером, позднее воевавшим против СССР, но и продолжал свою активную деятельность после войны, в эмиграции. Его влияние было столь значительным, что КГБ подослал специального агента для его убийства. В свое время на своем блоге я писал о судьбе этого офицера, возможно есть необходимость вернуться к судьбе этого человека.

Тогда же, писал о послевоенном польском и венгерском кино, в котором прозвучало проклятие в адрес собственной истории, ведь эти страны, в период Второй мировой войны, по существу, оказались «пешками» в Большой игре.

Вспоминаю относительно недавний фильм Анджея Вайды «Катынь», который начинается с того, что на мосту сталкиваются поляки, которых гонят с одной стороны советские, а с другой стороны, немецкие войска. Такая вот трагическая история, которую поляки продолжают переживать как серьезную психологическую травму.

Конечно, нашу историю, связанную со Второй мировой войной, не следует механически отождествлять с судьбами венгров и поляков, у нас нет подобной травмы, но, по крайней мере, есть над чем задуматься.

Не знаю, как вам, мне трудно согласиться с тем, что единственный в нашем календаре «праздник Победы», посвящен «победе» в войне, в которой азербайджанцы воевали на той и другой стороне.


Публичный дневник (9, начало)

Седьмая часть

Шестая часть

Пятая часть

Четвертая часть

Третья часть

Вторая часть

Первая часть


Написать отзыв

Прошу слова

Следите за нами в социальных сетях

Лента новостей