Последнее обновление

(10 часов назад)
Turkey`s Minister of Energy and Natural Resources Taner Yildiz (L) and Rosatom CEO Sergey Kiriyenko (R) attend ceremony of Akkuyu Nuclear Power Plant in Mersin, Turkey, 14 April 2015. Turkey began construction on its first nuclear power plant, a 22-billion-dollar project on the Mediterranean coast that was met by protests from environmentalists.EPA/ANIL BAGRIYANIK / ANADOLU AGENCY

Turkey`s Minister of Energy and Natural Resources Taner Yildiz (L) and Rosatom CEO Sergey Kiriyenko (R) attend ceremony of Akkuyu Nuclear Power Plant in Mersin, Turkey, 14 April 2015. Turkey began construction on its first nuclear power plant, a 22-billion-dollar project on the Mediterranean coast that was met by protests from environmentalists.EPA/ANIL BAGRIYANIK / ANADOLU AGENCY

В преддверие предстоящей в Сочи встречи президентов  Турции и России  верная  своей традиции  российская военно-промышленная машина вмешалась в ход событий. Признаться, в  канун встречи 5 августа  мы ождали новых провокаций против турецких вооруженных сил в Сирии. Ибо в период между первой (17 сентября 2018 года) и  последней встречей в Сочи (29 сентября 2021 года) Москва шла на переговоры на фоне достигнутого ею определенного военного преимущества в Сирии  и  потому  навязывала  свои условия.

Нынешний наскок  начался с  полного вытеснения турецкой строительной компании с проекта  возведения Россией  АЭС «Аккую» на побережье Средиземного моря: завершать ее строительство будет или российская, или же выбранная Москвой иностранная компания.

Напомним, что установку АЭС «Мерсин-Аккую» Р.Т. Эрдоган, в бытность премьер-министром (2012 г.), поручил  компании «Росатом» даже не обсудив это в правительстве и парламенте, но безгранично полагаясь  на свои личные взаимоотношения с В.В. Путиным, чем последний был очень доволен.

 Не секрет, что уже со второго периода своего президентства Путин пытался доминировать на энергетическом рынке Турции. Не случайно, что в его  выступлении в Союзе торговых палат и товарных бирж Турции в Анкаре в декабре 2004 года наше внимание привлек следующий период:   «Мы хотим присутствовать на энергетическом и военно-промышленном рынках  Турции. Мы даже  один из наших вертолетов назвали  «Эрдоган» и  готовы на все льготы для того,  чтобы Турция приобрела его. Наша  «Татнефть» в тендере выиграла  51% турецкой компании «Tüpraş», однако суд отменил итоги тендера. Мы понимаем трудности, стоящие перед  г-ном Эрдоганом и поэтому, не падая духом, спокойно продолжим участвовать в тендерах.

 В последующем личные взаимоотношения президентов Турции и России развивались по восходящей, они ставили перед собой все более масштабные цели,  однако некоторые из них так и не осуществились: например, товарооборот между их странами  не достиг  искомых  $100 млрд. и  застыл на нынешних  $37 млрд.

Почти  60% текущего дефицита Турции сложились  за счет импорта российской      нефти и газа. Вопреки согласию  Анкары на предложение  Москвы осуществить проект  экспорта природного газа по 4-м   газопроводам через Турцию на европейский рынок и даже  реализации  первых 2-х его этапов,  Москва сохраняет  выдержку, надеясь на  прокладку следующих 2-х газопроводов.  Россия кровно заинтересована в том, чтобы один из них, пройдя из севера на юг, через Турцию и регион Туркмен Дага  (Латакия)  Сирии, достиг  Средиземного моря, но Турция,  по-прежнему,  не горит желанием обсуждать этот  вопрос.

Так что же кроется  за действиями России по последнему этапу строительства АЭС «Мерсин-Аккую»? Неужто это связано, с тем, что, как говорят, Москва может дать Турции часть тех $20 млрд. «горячих деньгах»,  в которых она остро нуждается?

Или это неожиданный тактический ход Кремля, сделанный для ослабления позиций Анкары  в Сирии?  Может ли,  на фоне и без того малых надежд на согласие России на проведение Турцией очередной операции в Сирии,  переход строительства  АЭС «Мерсин- Аккую» под абсолютный контроль Москвы полностью свести на нет вероятность получить у нее  на это «добро»?

Россия, еще до начала  «Арабской весны»  расширившая порт Тарсус в Сирии, отправив в эту страну 30 сентября 2015 г. контингент своих войск, прихватила там еще и порт в Латакии.  Но все же, для  тотального контроля над АЭС на турецком побережье Средиземного моря  требуется наличие  очень веской причины и  оснований в рамках  турецко-российских отношений.

Чего же добиваются Анкара и Москва в нынешней ситуации, когда почти ежедневно мир сотрясают  глубокие геополитические сдвиги?

Написать отзыв

Большой Восток

Следите за нами в социальных сетях

Лента новостей